Было восьмое марта, но праздничное настроение, было только у Любани, конечно, но все равно отметили.
Пришли все родные и друзья поддержать меня и Олега, он тоже был с нами по скайпу. Измученный, уставший, без жизненного блеска в глазах. Он уже смирился со скорой смертью, он уже отказался от борьбы за жизнь и как это не ужасно звучит, подтолкнула к краю пропасти его я. Не простив. Но омерзение оттого, что он меня всю жизнь, с улыбочкой благодетеля, купал в самой грязной луже, приходя от них, было выше всего сейчас.
Олег желал всем здоровья и счастья, говорил о будущем, обсуждал со Свирским и братом, планы по бизнесу. Смеялся и шутил. Попросил у всех прощения вдруг, явно прощаясь навсегда.
– У тебя особенно, моя хорошая, ты знаешь за что. И низкий поклон тебе за каждый день твоей жизни, что ты посвятила мне. В общем, за все двадцать шесть лет нашей жизни и за деток, и за каждый поцелуй, подаренный мне, которых я был не достоин. Я это понимаю. Спасибо!
Пока он говорил, все тихо плакали, включая меня.
– Ты был достоин, Олег! Несмотря ни на что, был! Ты был мне и за мать, и за отца. Отогрел и отлюбил, принимая такой, какая я есть. Ты дал мне все, что у меня в этой жизни есть сейчас. Включая ежедневное ощущение абсолютного счастья. Так что прощаю, мой хороший! Правда. Прощаю. И ты меня прости.
– Прощаю! Правда, искренне. Счастья тебе, моя девочка.
Олег проговорил с нами до половины второго, а еще через двадцать минут позвонили из клиники и сказали, что его не стало. Острый сердечный приступ.
Гости к счастью, не успели разойтись и оповещать отдельно, никого не пришлось.
По тому, как я побледнела и уронила телефон, прямо в стакан с соком, все всё поняли и без слов.
У свекрови случилась истерика и ей пришлось вызвать скорую, а мне хочешь не хочешь, приходилось держаться и звонить Нине, по сути убившей его. Чтобы договориться с ее мужем, о транспортировке тела.
– Да, конечно Верочка! Не переживай! И костюм самый лучший куплю, и гроб дубовый закажу и иконки с собой положу. Только закопать, и останется, – заботливым тоном пела тварь.
Тебя б саму рядом с ним закопать! – Скрепя зубами, думала я.
Всеми остальными приготовлениями, занялись друзья.
В такие моменты, хорошо, когда их много.
У меня было чувство, что я сплю и вижу просто невероятный кошмар. Еще каких-то четыре месяца назад, все было так хорошо! Не было никаких Нин, Ален, Ир. Егора не было. Были только мы, наши дети и наше счастье.
Неужели это все было обманом? Искусно сотканной мужем ложью? От начала и до конца?
А, впрочем, какая теперь разница? Главное, что, я действительно была с ним счастлива и мне есть, за что ему сказать спасибо. Все, что у меня сейчас есть. Дети, дом, положение в обществе, завод, деньги, в конце концов. Это все дал мне он – Олег Андреевич Вороновский. Двадцать шесть лет, проведший со мной рука об руку.