– Вер, у меня морозилка не резиновая, – засмеялся парень. – Сразу видно, на большую семью покупать привыкла. Я сам еще сделаю, как надо будет.
– Ладно убирай тогда муку и мясо, помидорку дай. Соус щас замутим. А ты, пока порежь лук укроп и капусту, заправляем все это сметаной, и будет замечательный салат.
– Бабушка такой очень любила, – тепло улыбнулся парень.
– Я тоже люблю. И тоже, вполне могу через несколько лет, стать бабушкой.
– Всем бы такую шикарную бабушку. Вы решили взять Веронику. Значит, помирились? Простила его?
– Прощение – понятие, требующее времени. Но, я, постараюсь.
– А ты сама, ему раньше никогда… до меня….
– Неаа. Ты – Мой второй в жизни мужчина. Вот такая вот я скучная и до отвращения правильная!
– Это не отвратительно Вер, это – чудесно. Думаю, таких жен как ты, очень мало. Жалеешь обо мне?
– Если бы жалела, не пришла бы, – тихо ответила я.
Напряжение между нами нарастало с невероятной скоростью, но, я не позволила себе отвлечься от котлет, а парень, ожесточенно резал капусту.
– Я смогу ее навещать у вас? – наконец спросил он, разрядив обстановку.
– Послушай, я очень хочу, чтобы ты стал моим личным водителем. Тогда тебе вообще не придется расставаться с Вероникой. Будешь сам везде ее возить. Ну и меня тоже.
– Я не могу! – твердо заявил Егор. Так твердо, что казалось, пощечину мне влепил и смотрел на меня с явным осуждением.
Я подавилась собственным вздохом от острой боли в сердце, этот строгий взгляд в него словно нож вонзил.
– Почему? – спросила севшим голосом.
Предательские руки снова задрожали.
– Я не могу на тебя адекватно реагировать, – выдал парень. – Ты для меня, как героин для наркомана. Думаешь, он этого не заметит? Если делаешь это специально, чтобы отомстить, то это скверная и низкая идея. Если он нас застукает, ты то максимум пощечиной отделаешься, а вот я, уже вряд ли работу в этом городе потом найду. Плюс, мне совсем не хочется, чтобы его отношение к Нике испортилось.
– Я по-твоему, полная сука, либо непроходимая идиотка, получается? – всерьез обиделась я.
– Да нет же! Просто, это опасно!
– Да? Чем же? Не собираюсь, я с тобой трахаться ни на кухне, ни в супружеской спальне, ни в кабинете, как бы мне того ни хотелось. Выдохни. А ко взглядам таким в мою сторону, Вороноский привык. Ни ты один так пялишься.
Гордо выпалила я, и аж замерла, заметив, как почернел взгляд Егора.
Он меня ревнует?! Осознание этого необыкновенно бодрило и кружило голову, прям как в двадцать лет. Тогда, Олег ревновал меня буквально к каждому столбу, а я, бывало и нарочно его провоцировала, потому, что знала – Ночью, он будет трахать меня как сумасшедший, до самого утра. Рыча, что я его, только его! И никому он меня не отдаст никогда! Мне так нравилось это слушать, растворяться в этом, ощущать себя самой желанной и от того самой счастливой на свете. Рядом с Вороновским, я чувствовала себя буквально, королевой мира.