— Лида? — удивилась я. — Она здесь?
— После бала Волконский её фактически выгнал. Она живёт у нас пока, — он понизил голос. — Игорь счастлив. Они почти не вылезают из его комнаты.
Я улыбнулась, представляя эту картину. Лида, которая наконец вырвалась из-под гнёта брата, и Игорь, который превратился из бабника в милого заботливого парня.
В гостиной, у большого стола, уже сидели Мария Алексеевна, Игорь и Лида. Игорь встал, когда мы вошли, и галантно поцеловал руку тёте Ольге. Лида робко улыбнулась. Она выглядела иначе, чем на балу: расслабленнее, счастливее. Бежевое платье с кружевным воротничком, волосы распущены, на щеках — лёгкий румянец. Она держала Игоря за руку под столом, и я заметила, как Мария Алексеевна бросила на них короткий взгляд, но ничего не сказала.
Сама Мария Алексеевна сидела во главе стола, прямая, как королева. Тёмно-синее платье с брошью, седые волосы уложены в высокую причёску. Никаких лишних украшений, кроме обручального кольца и серебряной трости, прислонённой к подлокотнику. Она окинула меня оценивающим взглядом — с ног до головы, и я вдруг почувствовала себя на экзамене.
— Анна, — сказала она. — Вы сегодня выглядите достойно.
— Благодарю, Мария Алексеевна.
— Это не комплимент. Это констатация факта, — она повернулась к тёте Ольге. — Ольга Лазарева, если не ошибаюсь?
— Да, — тётя Оля чуть покраснела. — Очень приятно познакомиться.
— Взаимно. Ваша племянница — исключительная девушка. Я редко ошибаюсь в людях.
Я мысленно выдохнула. Первый раунд пройден.
Ужин начался. Стол был сервирован по всем правилам этикета: белоснежная скатерть, серебряные приборы, хрустальные бокалы, фарфоровые тарелки с гербом Строгановых. Блюда подавали одно за другим: лёгкий салат с грушей и голубым сыром, крем-суп из шампиньонов, утка с апельсиновым соусом и картофельным гратеном. Я старалась не запутаться в вилках. Варя, сидевшая рядом, смотрела на всё это великолепие круглыми глазами и, кажется, считала приборы.
— Их реально пять, — прошептала она мне. — Тётя была права.
— Просто бери крайнюю, — так же шёпотом ответила я.
— Но крайняя для рыбы. А рыбы ещё не было!
— Значит, жди рыбу.
Дядя Лёша, к моему ужасу, действительно начал рассказывать анекдот про карбюратор. Но, к всеобщему удивлению, Мария Алексеевна слушала с интересом, а когда он закончил, даже улыбнулась.
— Забавно, — сказала она. — Мой покойный муж тоже любил автомобили. У него был «Роллс-Ройс» тридцать второго года. Вы разбираетесь в винтажных моделях?
— Конечно! — дядя Лёша оживился. — Это же классика! Там карбюратор...