Как он смотрел на меня. Как бросил на кровать. Как я прикрывалась руками. Как дрожала.
И как кто-то стоял за окном и снимал.
На третий день дверь распахнулась без стука. Варя влетела в комнату, за ней — Костя с ноутбуком под мышкой. Вид у обоих был взволнованный, но в глазах Вари горел тот самый огонь, который я уже научилась распознавать. Огонь праведного гнева. Она что-то узнала.
— Ань, — сказала она, садясь на край моей кровати. — Мы нашли. Кто сделал фото.
Я села. Медленно. Прислонилась к спинке кровати. Сердце забилось быстрее. Три дня пустоты — и вдруг искра.
— Вика, — сказал Костя, открывая ноутбук. — Юсупова. Это она снимала.
— Вика? — Мой голос прозвучал хрипло, как после долгой болезни. — Откуда ты знаешь?
— Камеры, — Он развернул экран ко мне. На нём была схема корпуса базы отдыха «Сосновый бор», где проходил семинар. Красные точки, линии, временные метки. Костя ткнул пальцем в одну из них. — Вот здесь — окно вашего номера. Вот здесь — дерево. И вот здесь, — он увеличил фрагмент, — силуэт. Женский. С телефоном. Вика была там в ту ночь. Она не регистрировалась на семинаре, но приехала. Следила за вами.
— Вика, — повторила я. Слово прозвучало как ругательство. — Вика тупая как пробка. Она не могла сама до такого додуматься.
— Я тоже так подумал, — Костя поправил очки. — Поэтому копнул глубже. Взломал её телефон.
— Ты что?!
— В смысле, провёл вынужденный аудит системы безопасности, — поправился он с невозмутимым лицом. — И нашёл кое-что интересное. Она отправила фотографии не просто в паблик. Она отправила их конкретному человеку. За несколько минут до публикации.
— Кому?
Костя помедлил. Переглянулся с Варей. Потом сказал:
— Волконскому. Андрею Волконскому.
Тишина. В комнате стало так тихо, что я слышала, как на кухне капает кран. Кап. Кап. Кап. Как метроном. Как отсчёт до взрыва.
— Волконский, — произнесла я медленно. — Наш новый капитан.
— Он самый.
— Зачем? Зачем ему это?
— Я думаю, — Костя потёр переносицу. — Это был тест. Для Вики. И способ отвлечь Даню. Волконский — стратег. Он играет вдолгую. Он понял, что Даня — его главный конкурент. И что ты — мозг оппозиции. Если бы вы объединились, вы бы представляли угрозу. А так — ты опозорена, Даня в ярости, между вами пропасть. Ему это на руку.
Я смотрела на экран. На имя. Андрей Волконский. Человек, которого я видела всего пару раз. Холодный, безэмоциональный. Как машина. Он не просто отобрал у Данилы команду — он пытался уничтожить меня. Не потому что я ему мешала. А потому что я была рядом с Данилой.
— Чтоб его, — прошептала я.