— Нет, конечно, — недовольно пробурчал Берия. — Но я ему не доверяю.
— Это не удивительно. Такому человеку вообще глупо доверять. — Усмехнулся Иосиф Виссарионович. — Но с ним нужно сотрудничать. Другого шанса нам может не представиться вытащить страну из этого дремучего болота. Так что не дури. Я же вижу, что тебя распирает.
— Он ведь меньшевик, — произнес Лаврентий Павлович. — А то может и вообще — монархист. Чужой. Совершенно чужой для нас человек. Враг. И мы с ним играем в кошки-мышки.
— Ты же сам мне говорил, что он нам выгоден именно как самостоятельный фигурант, — усмехнулся Сталин. — А теперь что? Передумал?
— Я же не знал, кто он.
— Ты и сейчас не знаешь. Как и я. Его слова — всего лишь слова. В душу мы к нему не залезем. Пока не залезем. Так что сосредоточься на операции «Валькирия». Нам нужно туда заглянуть. Иначе так и будем сидеть в потемках, да гадать. Не подойдет Ольга — найди другую. Кого угодно. Главное — чтобы он влюбился в нее и пустил к себе в душу.
[1] Пластиковая взрывчатка в реальной истории была изобретена только через год — в 1940 году.
[2] Точечный транзистор впервые получен в 1947 году.
Глава 3
11 августа 1939 года. Германия. Ставка Гитлера
— Итак, — начал совещание Гитлер, — господин Риббентроп смог окончательно утрясти все разногласия с Советами в предстоящей кампании. Так что теперь все зависит от вас, господа. — Он обвел всех присутствующих взглядом. — На каком сроке вы остановились? — Обратился хозяин кабинета к начальнику ОКХ Францу Гальдеру.
— На первом октября, мой фюрер.
— Что нас останавливает начать операцию раньше? Со слов Риббентропа Советы готовы выступить хоть через две недели.
— Танки, мой фюрер. И самолеты. Все упирается в них. Согласно подписанному вами предписанию от пятого марта сего года мы сосредоточили все усилия на новых тяжелых и средних танках[1], отбросив все остальные как слишком слабые. «Тройки» сейчас переделываются в самоходные артиллерийские установки, а «двойки» переведены в категорию вспомогательных машин разведывательных батальонов и их производство серьезно сократилось за ненадобностью. Да и освободить промышленные мощности тоже потребовалось. С новыми же машинами натуральная беда. Даже успехи господина Шпеера не позволяют раньше названного срока завершить комплектование двух танковых корпусов и отдельного тяжелого полка[2]. Альберт только разворачивается, а дела до него были слишком запущены. Господин Тодт уделял чрезвычайно большое внимание дорожному строительству. Настолько, что… — Гальдер замолчал, выразительно взглянув на Канариса, который все понял и поддержал начальника ОКХ.