— Пробовали уже обстреливать спецсредства?
— Только активную защиту против кумулятивных снарядов начали отрабатывать. Коробочки с взрывчаткой. Работает она с переменным успехом, но работает. Думаю, если немцы начнут применять массово кумулятивные средства, то нам будет, чем им ответить.
— Ладно, пойдемте, посмотрим, что у вас с другими машинами вышло. Вы ведь подготовили демонстрацию?
— Конечно, — устало улыбнулся мужчина в очках. — С чего начнем?
По большому счету было не так уж и важно с чего начинать, потому что все, что в тот день увидел Тухачевский, было очень вкусным. А главное — полезным и интересным[2].
[1] Т-39 — это итоговая маркировка основного танка РККА, принятого в 1939 году на вооружение и представляющего собой вариацию на тему Т-44, от которого отличался, прежде всего, новым бензиновым двигателем и 76-мм длинноствольной пушкой под зенитный выстрел.
[2] См. приложение — Танки СССР
Глава 3
2 февраля 1940 года. Москва. Кремль. Кабинет Сталина
— … я так понимаю, вы решили с эм…
— Берсеркером?
— Да. — Слегка покачал головой Иосиф Виссарионович, никак еще не привыкший к новому рабочему псевдониму Тухачевского. — Вы решили вопрос доверия Берсеркеру?
— Отчасти. По крайней мере, в тех вопросах, которые у нас вызывают подозрения, мы долго и основательно беседуем, пытаясь понять, насколько разумным является то, что он предлагает, выискивая подвох.
— Хорошо. И… Вам не кажется, что в случае положительного исхода проверки этот псевдоним стоит сменить?
— Вы правы, товарищ Сталин, Берсеркер несет в себе много негативных смысловых оттенков. Но на какой? Вернуть прежний?
— Не стоит опять красть имя у товарища Кагановича, — едва заметно усмехнулся в усы вождь. — Тем более, что он находиться под особым вашим наблюдением. Есть и другие варианты, более подходящие к нынешней ситуации, например, «Янус». Хотя… Это слишком явно. Пусть лучше товарищ Тухачевский станет «Архангелом», в знак того, что он не только чист перед партией аки «агнец божий», но и ведет ее воинство.
— Но не станет ли это подсказкой?
— Подсказкой в чем? В том, что его рабочий псевдоним совпадает с предводителем воинства Божьего? — Снова улыбнулся в усы Сталин. — И, кстати, что там с Кагановичем?
— Пока ничего хорошего. Мы выяснили несколько очень неприятных фактов, которые позволяют нам считать его замешанным в ряде нехороших проделок. Грубо говоря, он помогал лоббировать интересы ряда партийных групп на самом высоком уровне. В этом по большому счету нет ничего плохого. Однако мы пришли к выводу, что в ходе продвижения их интересов товарищ Каганович навредил в целом спектре промышленных и научно-технических областей. Найдены косвенные контакты с иностранными разведками, которые пользовались услугами товарища Кагановича через тех, кого он поддерживал. В общем, ситуация вырисовывается довольно грустная. В ряде ситуация только вмешательство Берсеркера позволяло избежать трагедии или принятия на вооружения далекого от оптимума образца. Собственно, даже покушение на Берсеркера, как нам удалось выяснить, произошло не только по причине того, что кавалерийское лобби захотело отомстить своему обидчику. Они почувствовали поддержку, поэтому и начали действовать более активно.