— Ага.

Дядька и с угощением помог, посоветовал. Среди трофеев достался Касиму, окромя оружия, кафтаний богатый. Не доспех, нет, просто одёжка, но красивая, серебром вышитая. Правда, когда касимовская стрела горло ворогу пробила, кровищей весь кафтан залило. Пока то, пока сё, кровь засохнуть успела. Пробовал её Касим отстирать, да не вышло ничего. Хотел было нитки серебряные вырезать да продать, а кафтан на тряпки пустить, но Буревой отсоветовал.

— Так продай, — говорит. — С ниток тех ты пару медяшек выручишь, а с кафтания так и вовсе ничего, а ежели целиком продашь, то серебряную монету получишь, не меньше. Видишь, узоры-то какие? Лепота! А что в крови, так то ерунда, отнесут прачке какой, она и отчистит.

Сказал, и глянул на Касима, искоса так. А Касим не глупый, понял он, что дядька в очередной раз подопечного проверяет. Ежели тот сам к прачкам кинется, чтобы лишнюю серебрушку сберечь, а кафтаний себе оставить, то денег у него на угощение и не останется. Откуда у отрока монеты? Касим из подпасков, родители не в белых юртах живут, нет у него денег, и отродясь не было. Кабы не боярин, велевший набирать мальцов из окрестных хуторов и кочевий, так и был бы Касим не воином, а пастухом. И теперь перед ним очередное испытание, что победит: щедрость или жадность. Только Касим не дурак, он слова наставника помнит. Ещё бы не помнить, у Буривоя рука тяжёлая, от иной затрещины-напоминалки можно и пыль понюхать. Второе правило, вот!

Пошёл Касим на торжище, да кафтаний-то и продал. Купил пива пенного, барашка молодого, зелени, на специи не поскупился. Вечером посидели всем десятком, и Буривоя пригласили, это уж обязательно. Хорошо вышло, душевно. Нечего о деньгах жалеть, удача дороже стоит.

Вот, к примеру, прежний хозяин сабли, что сейчас у Касима на боку висит. Видать, богатый воин был, но глупый. Кто же в бой без доброго доспеха идёт, э? Вот Касим бы ни за что без доспеха не пошёл. На нём и сейчас тягиляй, не такой красивый, как трофейный, зато толстый, надёжный. А тот дурачок, что в красивую тряпку одевался, о чём только думал, э? Раз деньги на коня есть, на лук тугой, то почему на доспех не потратился? Бессмертным себя посчитал или ленив был? Впрочем, это уже неважно. Был да сплыл, как говорится. Закопали неудачника в землю с дырой в глотке от касимовой стрелы, а победителю награда досталась, заслужил потому что… Э, а это что ещё такое?

Раздумья о судьбе оружия и скакунов прервались, когда в просвете слева тускло сверкнуло. Касим мигом пригнулся к седлу и сжал колени, останавливая Шонкара. Жеребец тихо фыркнул, изогнув лебединую шею, и недовольно покосился на всадника.