– Хм. Сто, говоришь? – Мейрик протянул распечатку обратно Харри. – То есть две трети владельцев использовали винтовки по их прямому назначению. Для охоты.
– Это не то оружие, с которым ходят на лося или еще на кого в Норвегии, Мейрик.
– Да? А почему бы и нет?
Интересно, почему Мейрик все еще упирается, вместо того чтобы предложить ему заняться расследованием. И зачем ему самому это так нужно. Может, никакой особой причины и нет. Может, он просто становился старым брюзгой. Все равно сейчас Мейрик здорово похож на хорошо оплачиваемую няньку, которая боится, чтобы ее подопечный засранец не вляпался в какую-нибудь историю. Харри задумчиво смотрел на длинный стерженек сигаретного пепла, клонящийся к ковру.
– Во-первых, охота не входит в любимые занятия норвежских миллионеров. Мерклиновская винтовка вместе с прицелом стоит около ста пятидесяти тысяч немецких марок, то есть почти как новый «мерседес». А каждый патрон стоит девяносто марок. А во-вторых, лось, убитый шестнадцатимиллиметровой пулей, выглядит так, будто его переехал поезд. Довольно паршиво.
– Хе-хе. – Очевидно, Мейрик решил поменять тактику. Теперь он откинулся на спинку кресла, заложил руки за блестящую макушку, будто показывая, что он вовсе не против того, чтобы Холе его немного поразвлек. Харри встал, дотянулся до пепельницы, взял ее и снова сел.
– Конечно, может статься, что стрелял какой-нибудь полоумный коллекционер оружия, чтобы просто проверить новую винтовку, а потом повесить ее под стеклом у себя на вилле и никогда больше не использовать. Но стоит ли исходить из этого?
Мейрик помотал головой из стороны в сторону:
– Значит, ты предлагаешь исходить из того, что вот сейчас по Норвегии разгуливает профессиональный убийца?
Харри покачал головой:
– Я просто предлагаю позволить мне проехаться до Шиена и посмотреть на то место. К тому же я сомневаюсь, что там работал профессионал.
– Вот как?
– Профессионалы обычно убирают за собой. А оставить стреляные гильзы – все равно что оставить визитную карточку. Но если эта винтовка у непрофессионала, то все становится значительно проще.
Мейрик несколько раз что-то промычал и наконец кивнул:
– Ладно. И держи меня в курсе по поводу наших неонацистов.
Харри загасил сигарету. На пепельнице, сделанной в виде гондолы, было написано: «Венеция, Италия».
Эпизод 27 Линц, 9 июня 1944 года
Семья из пяти человек вышла из поезда, и они вдруг остались в купе одни. Поезд медленно тронулся и поехал дальше. Хелена села к окну, но в такой темноте много она не увидела – только очертания домов вдоль железной дороги. Он сидел прямо напротив и смотрел на нее с едва заметной улыбкой.