Крон криво улыбнулся:
– Думаю, что будет лучше, если вы предоставите мне право решать, когда истекают мои обязательства, господин следователь. Это не происходит автоматически после смерти клиента. А вам не кажется, что с вашей стороны это несколько бестактно – приходить сюда и делать подобные заявления после того, как вы же и застрелили моего клиента?
– Я стараюсь забыть о личном и помнить только о профессиональном, – ответил Холе.
– Так старайтесь лучше, господин следователь! – Голос Крона звучал еще писклявее, когда тот говорил на повышенных тонах. – Не слишком-то профессионально это у вас получается. Так же непрофессионально, как убивать человека у него же дома.
– Это была самооборона, – сказал Харри.
– Формальности, – ответил Крон. – Ваш полицейский был опытным. Он должен был знать, что у Ульсена нестабильная психика, и не вламываться так. Без сомнения, ваш сотрудник подлежит суду.
Не удержавшись, Харри ответил:
– Я с вами согласен: всегда неприятно, когда преступников отпускают из-за каких-то формальностей.
Крон два раза моргнул, прежде чем до него дошел смысл слов Харри.
– Юридические формальности – совсем другое дело, господин следователь, – сказал он. – Возможно, клятва, принесенная в зале суда, – это мелочь, но если мы будем пренебрегать судебным ритуалом…
– Господин инспектор, – поправил Харри. Он старался говорить медленно и тихо. – А из-за этого вашего «судебного ритуала» погибла моя коллега. Эллен Йельтен. Вбейте это в свою память, которой вы так гордитесь. Эллен Йельтен. Двадцати восьми лет. Самый талантливый следователь полиции Осло. Проломлен череп. Ужасная смерть.
Харри встал и своим стодевяностосантиметровым телом навис над письменным столом. Он видел, как на тощей шее Крона прыгает кадык. Долгие две секунды Харри любовался страхом в глазах молодого адвоката. Потом бросил на стол визитную карточку.
– Позвоните, когда определитесь со своими обязательствами, – сказал он.
Харри уже собирался уйти, когда услышал голос Крона:
– Он звонил мне незадолго до смерти.
Харри повернулся к адвокату. Тот вздохнул:
– Он был чем-то напуган. Этот Сверре Ульсен всегда боялся. Ему было страшно и одиноко.
– Всем так, – буркнул Харри. – Так кого он боялся? – спросил он.
– Принца. Он называл его просто Принцем.
– Ульсен говорил, чего он боится?
– Нет. Говорил только, что этот Принц был что-то вроде старшего по званию и дал ему приказ совершить какое-то преступление. Ульсен хотел узнать, какое ему будет наказание, если он просто выполнит приказ. Несчастный идиот.
– Какой приказ?
– Этого он мне не говорил.