Разумеется, выстрелы баронетов оказались результативны. Через полчаса ещё один зверёк пополняет наш багаж. Никто не промахнулся, просто высунулся всего один сурок, а нам пока больше не надо.

— Были бы у нас настоящие луки… — говорит Гров, но вздыхают братья одновременно.

— А эти что, не настоящие? — удивляюсь неподдельно.

Конечно, они деревянные и небольшие, как раз для всадников, но смотрятся очень прилично. Из какого-то серьёзного дерева изготовлены. Похоже, из дуба.

— Ты просто настоящих не видел, — объясняет Дэн, ловко разделывая сурка. — Но они дорогие — ужас. Пять, а то и десять золотых. Из рогов делают.

Мы устроились в ближайшей рощице, откуда я тут же изгнал в небытие всех насекомых. Послушав братские стенания о настоящем оружии, иду собирать сушняк для костерка.

«Не жизнь, а сплошной пикник», — замечает высунувшийся и тут же смолкший предок. Конечно, даже не подумал раскрыть смысл нового слова. Хотя и без того догадываюсь.

Кашеварит сегодня Гров. Братья только меня не допускают. Ну так я же сюзерен, ха-ха.

Но сюзерен я или нет, а без дела мы с Дэном не сидим. Отводим лошадей в рощу, в тенёк, поим водой. Сегодня мы жадничаем и не подкармливаем их. Переход небольшой, а подножного корма полно.

Сами едим неторопливо, как и положено аристократам, но с аппетитом, как положено настоящим мужчинам.

— Стэн, а ты с коровками нашими тоже что-то делал? — находит тему для беседы Дэн.

— К чему вопрос?

— Женщины наши говорят, что надои увеличились.

— Заходил к ним пару раз, — отмахиваюсь.

Ерунда вопрос. Это недолго, да и не жалко разок-другой по рогатым волну пустить. Есть такой эффект — по нашей скотине знаю. Слепни и оводы жизнь не портят, животные становятся добрыми и вальяжными.

— Как у тебя дела с лошадьми? — вопрошает Гров. — Ну, в целом?

Омрачаюсь. Война с инфекцией идёт упорная и пока позиционная. Зараза никак не может добить животных, а я не могу её уничтожить под корень. Да к тому же там гуляют две инфекции. Но подвижки есть, лошадок, что болели в лёгкой форме или просто были ослаблены всякими глистами, я уже оприходовал и отделил. Осталась дюжина самых тяжёлых, и большинство из них заражены вдвойне. Так сказать, дуплетом.

— Долго ещё, да? — с сочувствием и чем-то ещё затаённым любопытствует Дэн.

— Наверное, да, — тяжело вздыхаю. — Подкинул мне барон задачку…

— Так это же здорово! — от восторга Дэн подскакивает, а более спокойный Гров просто расцветает всем лицом.

Не понял! Чему тут радоваться? Мне тут же объясняют:

— Значит, дольше у нас поживёшь! С тобой здорово! — наперебой объясняют братья.