Я дал ей время.
А она кусаться вздумала?!
— Сюда иди! — выдыхаю.
Марта качает головой, а когда подхожу близко, кладет свои ладони мне на грудь. Что-то шепчет, просит. Ее щеки орошает тонкая мокрая сеточка.
Через вялое сопротивление срываю с Марты футболку, шорты. Она осталась в спортивном топе и трусиках на двух веревочках.
Врезаюсь взглядом в ее бедра, треугольничек ткани в развилке между ног, впалый живот. И на глаза опускается пелена. Я как пьяный. Хмель бурным потоком ворует остатки моего разума.
Требовательно целую Марту, пока не начинаю ощущать, что она отвечает.
Наш поцелуй плавно перетекает в откровенную ласку. Я глажу и сминаю ее ягодицы, Марта ощупывает мой пресс и крадется к спине. Трясет от необходимости все еще сдерживать свой пыл.
Если мы не целуемся, то просто дышим в рот друг другу. Взгляды алчно впитывают каждую деталь. Мы не моргаем, боясь пропустить что-то важное.
Я словно попал в свой самый страшный и самый любимый сон.
— Ты вновь меня оставил, Алекс. Ты сделал это снова — выбрал ее, — в ее голосе непотушенная обида.
Я чрезмерно сжимаю ее бедра, когда медленно погружаюсь. Марта со стоном выдыхает. Ее глаза наполнены слезами. Мы дрожим.
— Fuck! — Грубо бросаю, войдя до упора.
Это одна из комнат рая. Когда я умру, надеюсь, меня распределят сюда.
— Алекс, — стонущий шепот Марты замыкает мой пульс. Я срываюсь, как умираю.
Покрываю поцелуями все лицо, шею, ключицу и грудь. Облизываю.
Ее пальцы в моих влажных волосах. Марта прогибается в спине от моих толчков и плотнее обхватывает бедрами. Я продолжаю смотреть на ее тело — роскошное, покрытое бисеринками пота, вкусное — и впитывать льющиеся через край эмоции.
— Боже, — всхлипывает. Я притягиваю Марту вплотную, чтобы наши тела слиплись, как обмазанные клеем. Улыбаюсь с нотами безумия. Вконец поехала крыша.
Толкаюсь, сжимаю, провожу руками, словно царапаю. И целую, прерываясь на короткие вдохи.
Пах обжигает, по копчику растекается жидкий огонь. Напряжение, которое копилось все время, прорывается наружу, и все тело взрывается.
Марта бьется в моих руках. Ее трясет, как если бы через нее пропустили ток. Глаза прикрыты, ресницы подрагивают. Губы продолжают тихо-тихо что-то невнятное шептать. Кожа слегка порозовела, а плечи покрыты едва заметными мурашками.
Падаю рядом и беспричинно улыбаюсь.
Нет, причина, конечно, есть, но из-за спутанных мыслей, не смогу внятно объясниться. Перед собой в первую очередь.
По телу растекается колючая истома, облизывая косточки в моем теле. Взглядом впиваясь в белый потолок, медленно скольжу по нему слегка потерянным взглядом. Думаю… Нет, не думаю. Мысли в моей голове проходят сквозным потоком, словно по горной речушке.