Обе машины идут на легкий контакт. На огромной, нечеловеческой скорости это равносильно крупному столкновению.
Ахаю, зажав рот.
Нет, нет, этого не может быть!
В груди ощущаю стеснение, и вдохнуть порцию воздуха не получается. Паника заглатывает. Смотрю, как обе машины отправляются в гравий. Выглядят танцующими игрушками, но внутри них непомерная вибрация и толчки. Справиться с управлением и вернуть болид на трассу без дополнительных повреждений — хорошая проверка профессионализма.
Так сказал мой сосед справа. Я в этот момент молилась и немного ругала Сафина. Он же виноват. Он, да?
— Эх, нехорошо это… — с живостью в голосе говорит сосед.
— Что? — вторю, как болванчик.
— Радиопереговоры, — кивает на экран.
Меня переполняет ужасом, когда я вчитываюсь в сообщения от Алекса своему инженеру на экране. Пытаюсь связать все воедино, но получается путаница.
— «Гравий отлетел в меня при столкновении. Я повредил запястья. Проверьте днище» , — читаю вслух, и сообщение гаснет. Гонка продолжается.
— Дело дрянь. Это может быть трещина. Или перелом.
Бросаю полный гнева взгляд и подскакиваю с места. Толпа только успела успокоиться и продолжила наблюдать за борьбой. Алекс, как и Тимур, на трассе.
Следующие полчаса смотрю то на экран, то на трассу, когда болиды проезжают мимо меня, не дыша, не моргая и стараясь не думать, какого сейчас моему гонщику. Гнать на скорость и сражаться за победу с поврежденными руками — геройство. За которое ему влетит. От меня. Если я наберусь смелости подойти к Алексу после его победы.
До конца этой безумной гонки остался круг. Эдер вырвал себе лидерство, наплевав на боль в запястьях. Пока задняя покрышка болида при атаке на очередной поребрик не лопается с громким хлопком…
Хлопок. Я оседаю в кокпите и чувствую более сильную вибрацию. Каждая кочка ощущается настойчиво, толкая и ломая весь позвоночник.
Кисти рук ноют. На поворотах они простреливают болью.
Твою ж мать, я же не сломал их?
— У меня прокол, — сообщаю Сэму.
Это фиаско.
— У тебя последний круг, Алекс. Ты сейчас лидер гонки.
— Предлагаешь плестись на трех колесах?
— Ты либо доезжаешь, либо сходишь.
Отключаю радио и бьюсь затылком о подголовник несколько раз. Скорость, по сравнению с той, что была, низкая. Я считаю номер каждого поворота, который проезжаю, пока сдутая покрышка болтается на основании. Должно быть, зрелище такое же жалкое, как и я со стороны.
Но самолично вручить победу Сафину? Да никогда!
Мне фартит в том, что разрыв между нашими болидами существенный, чтобы я смог дотянуть до клетчатого флага. Оставайся мне проехать круга два, ничего бы не вышло. Я не гнал к финишу, а плелся.