Я не обращаю внимания. Нет сил.
— Ты как вообще? — спрашивает Костя в перерыве. — Держишься?
— Держусь. Папе лучше.
— А сама?
— А что я? — пожимаю плечами. — Живу.
Он смотрит сомневаясь, но не лезет. За это я ему благодарна.
Как только репетиция заканчивается, я пулей лечу к отцу.
Дома папа просыпается, я кормлю его ужином, даю таблетки по назначению. Потом мою посуду. Телефон оживает.
Сообщение от Кати: «Ты как? Я волнуюсь. Если надо — приеду».
Я: «Всё нормально. Правда. Папа идёт на поправку. Я на репетиции езжу».
Катя: «А Арсений? Лика?»
Я: «Молчат. И слава богу».
Катя: «Ты это… не замыкайся. Если что, я рядом».
Я: «Знаю. Спасибо».
Смотрю на экран. Тёплые слова. Надо будет позвонить ей завтра.
В субботу выхожу во двор подышать воздухом. Одна из немногих суббот, когда нет спектаклей. У меня полноценный выходной. Снег всё идёт. Крупные хлопья, медленные, летят как в замедленной съёмке. Сажусь на крыльцо, смотрю, как они падают на землю, на деревья, на мои ресницы.
И вдруг я слышу шаги слева, там, где калитка.
Я поворачиваю голову.
У калитки стоит Коля.
— Можно? — спрашивает тихо.
— Откуда ты знаешь, где я?
— Катя сказала. — Он делает шаг ко мне. — И ещё сказала, что тебе сейчас нужно поддержать.
— Ну тогда присаживайся, — говорю.
Он подходит, садится рядом на ступеньку.
— Как папа?
— Лучше. Врачи сказали, кризис миновал. Ещё неделя покоя — и можно будет расслабиться.
— А ты?
— А что я? — пожимаю плечами. — Я держусь.
— Вижу. — Он смотрит на меня. — Ты сильно изменилась, Ада.
— В хорошую сторону?
— В настоящую. — Улыбается.
— Скажи, зачем ты всё это делаешь? Приезжаешь, поддерживаешь, заботишься… Зачем?
Он смотрит на меня. Потом говорит:
— А ты не догадываешься?
— Догадываюсь. Но хочу услышать.
Он улыбается. Осторожно, будто боится спугнуть.
— Ты мне симпатична, Ада. Очень. С первой встречи. Я думал, это пройдёт. Но не проходит. И чем больше я тебя узнаю, тем больше… — замолкает.
— Что?
— Тем больше я хочу быть рядом.
Я смотрю на его серьёзное лицо.
— Ох… — я даже не знаю, что ответить.
— Ничего не говори. — Перебивает. — Я знаю, что тебе сейчас не до этого. Знаю, что у тебя бардак в жизни, папа болеет, с мужем-ублюдком надо разобраться. Я просто хочу, чтобы ты знала. Когда всё закончится… если захочешь — я могу быть рядом.
— А если не захочу?
— Тогда ты будешь знать, к кому можно обратиться с юридическим вопросом. — Улыбается. — Тоже вариант.
Дальше сидим молча. Снег падает на плечи, на волосы. Я думаю о том, что он сейчас сказал.
— Коля, — нарушаю тишину. — А дети? Они у тебя сейчас где?
— У их мамы, — говорит он. — Завтра заберу. В зоопарк обещал сводить.