Он не смог выговорить ни слова, лишь слабо ткнул пальцем в банку. Я наклонился. На дне, в застывшем жиру, лежал полупрозрачный, желтоватый предмет с характерной дугой и лункой. Человеческий ноготь.

Ледяная волна прошла по спине. Все обрывки мыслей, тревог, воспоминаний разом испарились. В голове остался только чистый, холодный сигнал тревоги.

— Это из их корзинки? — спросил я, и собственный голос показался мне доносившимся издалека.

Морган, бледный как полотно, лишь кивнул, снова склонившись над лужей.

Время словно сжалось, а потом резко рвануло вперёд с бешеной скоростью. Ферма. Все детали сложились в одну чудовищную, неопровержимую картину, а мурашки на спине начали танцевать лезгинку.

— Всё ясно, — сказал я, поднимаясь — Марк, Лили — со мной. Немедленно. Кенни, Теодор — охрана отеля до нашего возвращения. Окна, ворота, периметр. Стрелять в любого, кто подойдёт без нас. Понятно?

Их лица были масками шока, но месяцы выживания сделали своё дело. Они фактически синхронно кивнули, и тут же началась суета.

Я уже шёл к выходу, моя рука сама потянулась к знакомому весу резака, который я оставил на сиденье.

— Айзек... — начал Марк.

— В машине, — отрезал я, не оборачиваясь. — Все детали — в машине. Сейчас у нас только одна задача. Мы едем на эту ферму. И мы возвращаем наших. А тех, кто их туда заманил... мы оставим удобрять их же поля.

***

Воздух в столовой был густым от запаха жареного мяса и древесного дыма, но под ними угадывался другой, сладковатый и неприятный запах — старости, сырости и чего-то ещё, чего Ли не мог определить. Свет керосиновой лампы отбрасывал на стены пляшущие тени, делая улыбки хозяев похожими на гримасы.

За столом сидели Ли, прижимая к себе сонную Клементину. Рядом — Эдвин, его взгляд то и дело скользил по комнате с привычной учёной оценкой, и Лиза, тихо наблюдавшая за всем. Из студентов был только Бен, нервно теребящий край рубашки.

Хозяева, два фермера — назвавшиеся Бренданом и Дагом — сидели напротив. Брендан, тот, что постарше и с руками, исчерченными глубокими шрамами, улыбался слишком широко.

— Да уж, — проговорил он, покачивая головой, — кто знал, что сегодня эти мародёры припрутся. Наглецы, проходу не дают. Жаль, что вашего друга зацепили... как его... Трэвис? Но не переживайте, он у нас отлёживается наверху. Чистая комната, тихо. Уверен, с ним всё будет в порядке. Слава Богу, рана-то несерьёзная.

Его голос звучал ровно, заботливо. Ли кивнул, коротко бросив:

— Спасибо, что приютили. Нам бы только передохнуть и забрать свои вещи, мы не задержимся.