Филипп Блейк — вышел на площадь только через час и собрал всех жителей. Стоял на крыльце ратуши, заложив руки за спину, и смотрел на толпу тяжёлым, прожигающим взглядом единственного глаза.

— Вы знаете, — начал он, — что последние недели мы искали тех, кто убил людей на подступах к Саванне... Тех, кто убил наших братьев, наших сыновей.

Толпа загудела.

— Сегодня мы нашли их, — продолжил Губернатор. — Это опасная группировка, они вооружены современным оружием, которого у нас нет. Они угрожают убить и захватить всё, что нам дорого.

Тайлер заметил, как женщины в первом ряду побледнели. Дети прижались к матерям.

— Они уже присылали человека, который требовал от нас повиновения, — голос Губернатора стал жёстче. — Они хотели забрать наших женщин и детей, в рабство, но я отказал им и теперь они ждут момент чтобы напасть на нас.

Тайлер стиснул приклад винтовки. Он знал, что это ложь, он был там и никто не требовал ни женщин, ни детей, но слова Губернатора падали в подготовленную почву, как семена в жирный чернозём.

Местные жители замерли, кто-то трясся в страхе, закрывая лица руками, а кто-то сжимал кулаки, и в глазах загоралась ярость. Каким бы человеком ни был Губернатор, он умел влиять на умы.

— Я знаю, где они находятся, — сказал он, обводя всех взглядом. — Мы должны уничтожить этих мразей первыми! Не ради мести, а ради наших семей, ради будущего!

— Уничтожить! — крикнул кто-то из толпы.

— Сжечь их!

— Повесить!

Толпа загудела. Мужчины, женщины, даже старики все были полны энтузиазма и все готовились вломить обидчику.

Губернатор поднял руку и толпа затихла.

— Завтра утром выезд, — сказал он. — Все, кто может держать оружие может стать добровольцем и мы покажем этим выскочкам, что Вудбери не сдаётся!

Толпа гудела ещё некоторое время, ну потом люди разошлись готовиться. Тайлер остался стоять, глядя на пустую площадь.

Он знал, что «железные» не угрожали им... Не требовали ни женщин, ни детей... Но правда сейчас была не нужна.

Ночь пролетела, но Тайлер не спал, так как какое-то непонятное чувство не давало уснуть, это был не страх, не тревога, а что-то другое, липкое, грызущее изнутри. Он ворочался на жёсткой койке, перебирал в голове вчерашний разговор с железными, их молчаливые фигуры на балконе, бледно-синий свет из прорезей шлемов... Паника... Она поднималась откуда-то из желудка, сжимала горло, не давала дышать, но Тайлер заставлял себя лежать с закрытыми глазами, считал до ста, дышал через раз и в какой-то момент он провалился в сон без сновидений, но продлился он не больше пары часов.