Я даже не вставая со стула перехватил его руку, рванул на себя и одновременно врезал кулаком в лицо. Он охнул, отшатнулся, а я добавил ногой в грудь — просто чтобы отодвинуть подальше. Он вылетел из трейлера, как мешок с го... кхм, с картошкой, грохнулся на бетон и покатился.

Я встал, вышел следом. Дальше... Дальше случилось то что случилось.

— Айзек? — голос Ли вырвал меня из воспоминаний. — Ты с нами?

Я моргнул, возвращаясь в реальность. Карта, ящики, трое мужчин смотрят на меня вопросительно.

— Да, — сказал я. — Извини, задумался. Что там про университет?

Наконец-то все эти мучения с картой закончились. Мы наметили несколько точек в Саванне: портовые склады, университет, старый форт на берегу. На завтра — финальное решение, куда именно двигать колонну.

Я вышел из ангара и с наслаждением вдохнул ночной воздух. Голова гудела, глаза слипались, спина ныла после всех сегодняшних приключений. Трейлер манил тишиной и относительным покоем. Там, надеюсь, Клем уже спит, и можно будет просто рухнуть и отключиться.

— Айзек.

Я замер. Выдохнул. Медленно повернулся.

Полковник Харрис стоял в паре метров, заложив руки за спину. В свете одинокого фонаря его лицо казалось высеченным из камня — усталым, но твёрдым.

— Можно? — кивнул он в сторону трейлера.

Я вздохнул. Очень хотелось послать его куда подальше и просто лечь спать. Но это был полковник, лидер местных вояк. И от этого разговора, похоже, зависело многое.

— Заходи, — кивнул я, открывая дверь.

Внутри Харрис осмотрелся и, кажется, слегка охренел. Ящики с консервами, коробки с батарейками, инструменты, запчасти — всё это добро занимало каждый свободный угол. На лежанке, свернувшись калачиком, спала Клем... Как же я ей завидую.

— Присаживайся, — я кивнул на свободное место.

Харрис сел, помолчал, оглядываясь. Потом перевёл взгляд на меня.

— Я поговорил с некоторыми твоими людьми, — начал он без предисловий. — Твоё досье, скажем так, впечатляет. Давно не видел такой сплочённой группы. Даже в армии... ну, ты понимаешь.

Я молчал, ждал.

— У вас есть порядок, дисциплина, но не та, палочная, а человеческая. Все знают своё место, все знают, что делать. И главное, — он посмотрел мне прямо в глаза, — всё это завязано на тебе. Ты их опора, их щит, их командир. И они тебе доверяют.

Я кивнул. Это была не похвала, просто констатация факта.

— К чему ты клонишь?

Харрис вздохнул. Впервые за весь разговор в его лице мелькнуло что-то человеческое — усталость, может быть, даже отчаяние.

— Мои люди... мы в плачевном состоянии. Я могу храбриться сколько угодно, могу наставлять их, держать в тонусе. Но если так продолжится, мы не выживем. — Он помолчал. — Я предлагаю объединиться. Одной группой.