Вчера на собрании мы обсуждали полномасштабную зачистку города. Начать решили с малого, ведь людей у нас раз-два и обчёлся. Потому сейчас несколько солдат Харриса проверяют ближайшие к докам многоэтажки. Всё ценное выносят на склады. Еда, вода, патроны, оружие.

В квартирах находили реально много. Правда, и ходячие там были, ещё попадались дневники, где выжившие описывали свои будни, короткие, чаще всего, которые обрывавшиеся на середине.

Схема выходила одна и та же. В начале апокалипсиса люди гребли из магазинов всё, что могли. Оставляя пустые полки. Во время рейдов их или их родных кусали или царапали, а так как никто толком не объяснял, как передаётся заражение, они не сразу понимали, что родные уже фактически мертвецы и в один прекрасный день их убивали или они сами гибли от укусов и царапин.

Все припасы при этом были попрятаны по подвалам и квартирам так, чтобы другие не нашли, по крайней мере, сразу. Вот и выходило, что на улицах полки пустые, зато в квартирах можно было найти чем поживиться. Правда, большинство продуктов уже испортилось.

— Зато инструментов и запчастей — навалом, — сказал я, отодвигая пустой контейнер.

Лили улыбнулась.

— И это радует.

Лили хотела ещё что-то сказать, но в этот момент затрещала рация.

— Айзек, ты на связи? — голос Теодора звучал спокойно, а главное без тревоги.

— Да, Тео. Что случилось?

— Да по сути ничего серьёзного, тут просто Вернон пришёл, говорит, хотел бы с тобой поговорить.

Я начал прокручивать в памяти, кто такой Вернон? А потом вспомнил, этот самый, из строительного супермаркета. Старик, который спустился в канализацию со своей группой, мы тогда поделились с ним лекарствами, и он рассказал про Кроуфорд.

— Хорошо, скажи, что через полчаса буду.

Я подошёл к краю крыши, ещё раз окинул взглядом улицу. Делать мне тут, в общем-то, было нечего. С противоположной стороны Марк с парой военных развлекались кидая в ходячих разный хлам и, судя по жестам, делали ставки... Кто-то явно выигрывал.

— Идём, — сказал я Лили.

Мы спустились вниз и вышли с противоположной стороны улицы, где ещё не ступали ходячие. У входа стоял пикап, который недавно Кенни привёл в относительно рабочее состояние. Заводился через раз, но ехал.

Сели, я повернул ключ. Двигатель чихнул, кашлянул и затих. Я повернул ещё раз и он заработал.

— Ну, поехали, — сказал я.

Лили откинулась на сиденье, с удовольствием вытянула ноги.

— Слушай, пока едем, расскажу пару интересных историй, которые ты явно пропустил.

— Давай, дорога довольно длинная.

— Тут вчера Нейт решил проверить свой скафандр на прочность, ну, он и полез в подвал дома, в здание напротив въезда в доки. И забыл включить фонарик на резаке. Зато включил резак, то есть получается он кнопки перепутал. И отрезал полку на которой лежал ходячий. Полка упала, ходячий на него сверху это хорошо что скафандр выдержал. Нейт орал так, что мы в доках услышали. Прибегаем, а он сидит, ходячий его за шлем грызёт, а он руками машет и кричит: «Снимите его, я его боюсь!» а ходячий действительно был жуткий, фактически голый череп.