— Знаешь, что он делал, пока ты тут устраивала свою новую жизнь? Он выживал. Один, в городе, полном ходячих. Он находил таких же потерянных людей и строил для них дом. Он рисковал жизнью, чтобы спасти тех, кого даже не знал. Он не спал ночами, чинил этот свой станок, думал, как защитить всех нас.

Её голос дрогнул — совсем чуть-чуть.

— А ты... ты просто хочешь, чтобы он снова стал твоим Риком. Удобным, предсказуемым. Но того Рика больше нет. И не будет. А Айзек... он заслуживает большего, чем женщина, которая променяла его на первого встречного.

Лори закрыла лицо руками и снова разрыдалась. Эми обняла её, но теперь в её взгляде, брошенном на Лили, читалась растерянность и лёгкий укор.

Карли молчала, широко раскрыв глаза.

Лили постояла ещё секунду, глядя на эту картину, потом развернулась и пошла прочь, в темноту ангара.

В тишине ангара, нарушаемой только приглушёнными всхлипами Лори, раздался оглушительный грохот.

Все разом обернулись.

Возле открытых ворот, где стоял один из трейлеров, дверь резко распахнулась — так, что чуть с петель не слетела. Изнутри вылетело тело. Шейн кубарем покатился по бетонному полу, подняв клубы пыли. Когда он остановился и попытался подняться, стало видно, что лицо у него в крови — нос разбит, губа рассечена.

— Ах ты сука! — заорал он, вскакивая и бросаясь обратно в дверной проём.

Из трейлера вышел Айзек. Спокойно. Без спешки. Как будто на прогулку вышел.

Шейн замахнулся — мощно, со всей дури, явно рассчитывая уложить противника одним ударом. Айзек даже не дёрнулся. Просто чуть сместил корпус, пропуская руку над плечом, и в ту же секунду его кулак врезался Шейну в бок.

Тот охнул, согнулся, но Айзек не дал ему опомниться — короткий, жёсткий удар ногой под колено, и Шейн рухнул на бетон, как подкошенный.

Айзек навис над ним. Голос прозвучал ледяной, без единой эмоции:

— Ну так ты же грозился, что мне морду разобьёшь. Давай, поднимайся и делай. А не пизди.

— УРОЮ, СУКА! — Шейн снова вскочил, слепая ярость застилала ему глаза.

Он кинулся снова. Айзек перехватил его руку на подлёте, вывернул запястье с такой лёгкостью, будто тренировался этому всю жизнь. Шейн взвыл, но Айзек уже наносил серию — удар по корпусу, по руке, снова по корпусу.

Шейн покатился по полу, как тряпичная кукла, и замер, хрипя и пытаясь вдохнуть.

Айзек стоял над ним, даже не запыхавшись. Смотрел сверху вниз абсолютно пустым взглядом.

— Вставай, — сказал он тихо.

Но Шейн не вставал. Он только хрипел и смотрел на Айзека с таким выражением, будто впервые его видел.

Ну через секунду его рука дёрнулась к кобуре.