Увидев, как побледнело лицо Ласки, я неосознанно взял ее за руку.

― Я много раз спрашивал себя, правильно ли поступил, что привел вас сюда. И пришел к выводу, что самое безопасное место для вас… для тебя ― это находиться рядом со мной.

― Зачем тебе это? ― не убирая руки, почти шепотом спросила Ласка. ― Ты ведь нашел свое место силы. Можешь вернуться в свой мир… Зачем ты ввязался в чужую войну?

Она смотрела мне прямо в глаза. Этот взгляд… Он проникал до глубины души.

Я уже как-то пытался рассказать одной девушке о своих чувствах. Там тоже было озеро с кристально чистой водой. Только вот та девушка даже в подметки не годится Ласке. Да и паренька, которому хотел открыться, тоже больше нет. Он погиб под завалом, устроенным самкой живоглота, где-то в подземельях Кривых гор.

― Я понимаю, что задумали так называемые хозяева. Они ведь действительно пришли сюда, чтобы стать полноправными хозяевами этого мира. Но то, что это восстание встало им поперек горла, говорит об их слабости. Им нужны жертвы и, похоже, много жертв. Пока они слабы, я должен попытаться остановить их. Я не могу уйти просто так, зная, что вам грозит опасность…

Я видел, что Ласка хотела что-то сказать, но ей помешали. На берегу озера появился взволнованный Обжора.

― Что случилось? ― волнение зверя тут же передалось и Ласке.

― Скоро у нас будут гости, ― мрачно ответил я, поднимаясь с земли и помогая подняться девушке. ― Видимо, хозяевам стало скучно, и они решили ускорить процесс.

― Птица улетела? ― спросил я у Ежа.

Тот стоял у входа в шатер и лениво ковырялся в зубах.

― Да, ― кивнул он и сообщил: ― Старика взяли. Даже пикнуть не успел.

― Хорошо, ― кивнул я, откидывая полог в сторону. ― Объявляй общий сбор. Действуй строго по плану. К нам едут дорогие гости.

Ёж хищно улыбнулся и поторопился поднимать бойцов. Мы долго ждали этого момента.

Когда я оказался внутри шатра, в нос тут же ударил едкий запах стариковской мочи, крови и страха. Я тут же поморщился.

― Кто здесь? ― послышался испуганный хриплый голос из темноты.

Я присмотрелся. Старик лежал в дальнем углу шатра, связанный словно барашек перед закланием.

― Здравствуй, Налим.

― Ты? ― бывший старейшина меня сразу узнал.

Нужно ему отдать должное, юлить он не стал.

― Это все ты, ― в голосе старика не было злости, скорее обреченность. ― Я знал… Я чувствовал… Как только ты появился, все изменилось. Но я отгонял от себя эти мысли… Старый дурак… Я должен был прислушаться к своему чутью!

К слову, несмотря на почтенную должность в своем клане, Налим не был морфом. Хотя наверняка мог себе позволить дорогие ингредиенты.