Разочарованно выдохнув, я поднялся во весь рост.
― Что ж, мне пора.
На лицах Могильщика и Бизона застыли одинаковые выражения облегчения.
― Жаль, мы не смогли пообщаться подольше, ― с сожалением в голосе произнес я. ― Как вы смотрите на то, чтобы встретиться сегодня вечером в местной таверне и выпить по кружечке?
― Да, конечно, ― излишне поспешно согласился старик.
― Что ж, тогда до вечера! ― хищно улыбаясь, сказал я и пошел на выход. ― Да, кстати, чуть не забыл…
Я остановился на полпути и развернулся. Могильщик и Бизон дружно напряглись.
― Что вы знаете о так называемых местах силы? ― спросил я, пристально глядя в глаза старику.
― Ровным счетом ничего, ― ответил тот. ― Скажу больше, никогда о таких местах не слышал…
Нет. Не знает. По глазам вижу, не врет. Жаль…
Мрачно окинув напоследок внутренности шатра, я вышел на улицу. За спиной прозвучал дружный облегченный вздох.
― Что так долго⁈ ― возмущенно встретил меня Барсук.
Обогнув прилавок, я подошел к моему новому товарищу.
― Ну что, веди меня к своему Гусю! ― улыбаясь, сказал я и двинулся вдоль прилавков на выход из рынка.
Барсук поравнялся со мной спустя мгновение и, опасливо оглядываясь, спросил:
― Как все прошло?
― Знаешь, зря ты так говорил про этого Могильщика, ― усмехнувшись, сказал я. ― Оказался довольно милым стариканом. Жаль только, что сейчас уезжает. Я бы с ним еще пообщался. Чую, он мне еще многого не рассказал.
― Так ведь он только приплыл вчера, ― удивился Барсук.
― Сказал, что у него какие-то срочные дела, ― пожав плечами, ответил я и тоже обернулся.
Словно в подтверждение моих слов, из шатра быстро появился Могильщик и стал спешно сгребать весь свой хлам.
Я лишь усмехнулся. Видать не любит старик таверны.
После рынка мы с Барсуком парились в его бане. А хорошее хозяйство оставил ему отец. Настоящая усадьба почти в центре городка. Со всех сторон окружена добротными стенами. Двухэтажный бревенчатый дом, баня, конюшня с помещениями для скота. Правда, кроме десятка кур и старого брехливого пса, живности больше я не увидел. Похоже, дела у брата и сестры идут не очень. Видимо, проживают накопленное ранее родителями.
Затем был ужин. Ласка, накрыв стол, а после сказавшись больной, ушла к себе. Что-то не так с девушкой. Меня боится, не иначе.
За ужином Барсук болтал без умолку. Он был рад. Узнал, что вождь вернется раньше намеченного. Я, кажется, знал почему ― спешит на встречу с Могильщиком. Вот будет ему сюрприз. Я своими глазами видел, как отчаливала ладья Могильщика от пристани спустя три часа после нашего с ним разговора. Старик в панике покидал Озерный. Чует мое сердце ― мало мы с ним пообщались.