Мой «гениальный гамбит» с подставой для Гришки явно требовал серьезной доработки и дополнительных разведданных. Нужно было узнать больше и о Прохоре, и о его хозяине.

С этими мыслями, тяжелыми и путаными, я отправился обратно на Английский проспект.

Возле дома меня ждал сюрприз — толпа людей, которые практически перекрывали вход. Посетителей, конечно, у Распутина много бывает, но конкретно в данный момент дело было в чем-то другом.

Чем ближе я подходил, тем гуще становилась толпа. В воздухе висело напряжение, какое-то нездоровое оживление. Люди не просто ждали, они перешептывались, показывали пальцами, взгляды их были прикованы к одному месту.

Я протиснулся сквозь зевак и только тогда понял причину ажиотажа. У подъезда дома замер роскошный, сверкающий черным лаком автомобиль — кажется, «Роллс-Ройс», чудо техники и немыслимая, вызывающая роскошь по здешним временам. Пожалуй, это объясняет столь огромное количество любопытных.

Стоило мне подойти ближе, как из машины выскочил вышколенный шофер в щегольской ливрее и почтительно распахнул заднюю дверцу.

Из темного нутра автомобиля с небрежной, отточенной элегантностью появился молодой человек. Высокий, тонкий, одетый с безукоризненным шиком — идеально сидящий темный костюм, белоснежная рубашка с крахмальным воротничком, лайковые перчатки в тон, трость с массивным серебряным набалдашником.

Лицо его было красивым, почти кукольным, с тонкими, аристократическими чертами и чуть капризным, презрительным изгибом губ. Но глаза, светлые и холодные, смотрели на мир с ледяным высокомерием. Он брезгливо оглядел серый, обшарпанный фасад дома, толпу простолюдинов, мешавших ему пройти, и уверенным шагом направился к подъезду.

У меня внутри появилось тревожное ощущение. Я узнал его. Не я — Ванька, а Игорь Пряхин из будущего, застрявший в этом теле.

Князь Феликс Феликсович Юсупов. Наследник богатейшей фамилии Империи, первый красавец Петербурга, денди, скандальная личность и… будущий главный убийца Распутина. Что, черт возьми, он здесь делает? До роковой ночи в его дворце на Мойке еще три с лишним года! И насколько я помню, сейчас он вроде бы с Гришкой уже в контрах. На чай они друг к другу не должны ходить.

Не долго думая, я растолкал зевак локтями и рванул следом за Юсуповым, который уверенно шел вперед, не оглядываясь по сторонам. В подъезд заскочил практически сразу за молодым князем, на что он, кстати, не обратил ни малейшего внимания.

Юсупов поднялся на нужный этаж и сходу толкнул дверь, которая распахнулась почти без звука.

На пороге, словно каменное изваяние, нарисовалась Дуняша. Она попыталась преградить дорогу и что-то сказать своим зычным голосом, но… буквально отлетела в сторону. Юсупов просто мимоходом оттолкнул ее, совершенно не заморачиваясь с приличиями.