Удобно. Я здесь один, и кто знает, сколько бы мне понадобилось времени и сил, чтобы стянуть с себя настоящую кольчугу? Особенно когда плечо и грудь раздирает болью при каждом движении.

Камзол и рубаха тоже пропитались кровью. Как и боялся, пробило меня насквозь, а сама рана оказалась в палец толщиной. Повезло, что ни лёгкое не задело, ни ключицу не сломало. А попади тварь ниже, я и вовсе оказался бы убит на месте. Маги крепче простых людей, но с пробитым сердцем или перебитой аортой даже мне не выжить.

Прошёл буквально по краю. Позади множество битв, в которых вокруг меня умирали десятки людей, а мне всегда удавалось отделаться мелкими ранами. А здесь, в Астрале, где я собирался показать силу магов Гардара, едва не погиб в рядовой схватке. К чему я подпускал «черепа» так близко? Почему не начал бить их на пределе своих возможностей по дальности? Это было оправданно, когда стоял под защитой строевых големов и десятков солдат, а здесь, без поддержки строя, привычные действия обернулись безумием. Привык к слабости тварей? Не ожидал, что удар пробьёт все защиты? Мечтал показать себя? Дурак. Словно схватки с «громилами» было мало.

Мысленные ругательства не мешали заниматься раной. С ней у меня беда. Здесь не было ни фибулы «Стазиса», что сама остановила бы кровь и помогла с заживлением, ни алхимических составов. Всё это вроде как не смогло бы пройти преобразование Вратами. А я, несмотря на все изменения, всё же оставался человеком. По-прежнему истекал кровью, мучился от боли, а в ране видел обычную пульсирующую плоть.

Пришлось вспоминать обучение у бегунцов. Вернее, обучение новичков нашего отряда, которое я застал во время выходов. Рубаху пустил на ленты и корпию. Оставалось надеяться, что кровь остановится, а рана зарубцуется. Если мне не нужно здесь отдыхать, то за жизненные силы отвечает всё та же мана. Необходимо лишь время на то, чтобы тело собрало её достаточно. Всего остального можно не опасаться.

Пока я занимался собой, Гвардеец таскал трофеи. Как я и надеялся, хотя слабая плоть тел врагов давно принялась растворяться, кости черепов и не думали этого делать. Если первую тварь Гвардеец еле утащил, то с каждым разом туши становились всё легче и легче. Я же временами поглядывал в сторону — туда, куда отшвырнул башку ранившей меня твари. Она тоже расплывалась, впитываясь в кости Артилиса. Кроме иглы, что оказалась сильнее заклинаний некротварей или ударов химер. А ведь есть ещё та башка, что я отпилил «Хлыстами».

Со стоном встал с тёплого камня, поднял одну, вытащил из пузырящейся и тающей жижи вторую. Недолгий внешний осмотр заставил меня выругаться и с тревогой оглянуться на площадку ритуала. Иглу покрывало сложное заклинание. Нужно остановить улучшение и забрать все иглы с площадки. У меня не было сомнений, что ритуал сумеет разорвать посторонние плетения. Но это будет означать, что я потеряю великолепный материал.