Так и вышло. Я просто не успел дойти до площадки: сначала при резком движении грудь ожгло болью, заставив замереть. Затем твари Астрала решили, что устали ждать, и двинулись на меня новой волной. В этот раз я не собирался ни пускать мелочь на площадку, ни проверять, будут ли средние твари обходить меня, как раньше. Не считаясь с расходами маны, смешивая её с сырой, одно за другим растягивал над врагами «Град клинков», размазывая тех по камням, а ближних встречал «Зов земли». Жалкие десять минут заминки, но когда я добрался до площадки, то от плоти щупалец не осталось и следа, а иглы, скрывавшиеся в их пастях, уже начали рассыпаться на крупинки. Жаль. Значит, у меня остались только две таких иглы. Большая — та, что пробила меня насквозь, и поменьше из твари, которой я перерезал шею.

Хватит. Глядя на черепа, заполнившие площадку ритуала, я повторил вслух:

— Хватит.

Теперь материала будет достаточно, чтобы создать ещё одного голема. Очень хотелось возродить Скорпа, но, увы, это было невозможно. Не в сжатые сроки, которыми меня ограничивали волны тварей. Прошло полтора года после прошлого поднятия, часть плетений забылась, и не было времени и возможности восстановить их и проверить. Вся загвоздка снова в блоках, которые отвечают за движения. Оставалось только вновь идти по уже проверенному пути упрощения. Но и с этим возникла одна, зато большая проблема: не видел я в этих песках скорпионов, которых можно было бы взять для круга подобия. Требовалось найти замену.

Крупных тварей я отмёл сразу: их просто не удержать в границах ритуала. Это выше моих возможностей. Остаются мелкие — то, что здесь я называл собаками, крысами и пауками. Выбор очевиден, как бы он ни был мне неприятен. Пауки.

Я повернулся лицом на юг, туда, где в моей «Сети» снова начали появляться десятки мелких точек. Идти и ловить их там глупо: стоит немного подождать, и они соберутся стаей, ринутся сюда сами. Лучше подготовить к этому моменту всё остальное.

Первым делом я привычно освободил круг своего крошечного оазиса от песка. Невзирая на сотни тварей и десятки моих безжалостных ударов, красноватой зелени уцелело достаточно. На первый взгляд, прошедшая бойня пошла ей лишь на пользу: низкое стало ещё гуще, а высокое на глазах оправлялось и крепло, местами поднимаясь мне уже по пояс.

Затем отправился в старые развалины и превратил скопившийся там песок в ровную плиту из псевдокамня, которую сразу же принялся расчерчивать под ритуал создания голема. Магия снова, как всегда, захватила меня, позволила отвлечься от боли в груди. Когда она становилась слишком сильной, я делал небольшой глоток сырой маны из пульсирующего у колонны Истока, и боль отступала, словно смываемая огнём в жилах и моим мысленным посылом: «Заживай». А ману я сливал заклинанием в пустоту.