— Белочка, мой стол хорош, но твоей спине нужен комфорт! — Он без усилий подхватил меня на руки как пушинку. — К тому же теоретики должны тестировать новые… локации. Иначе они теряют квалификацию. И я намерен продемонстрировать тебе его преимущества прямо сейчас.
Дамиан бросил меня на прохладную, мягкую кожу дивана и навис сверху, накрывая мои губы таким горячим, собственническим поцелуем, что все мысли о Совете, отчетах и субординации испарились в ту же секунду.
Диван действительно оказался значительно удобнее стола.
Вот такое было наше тайное убежище. Наш маленький, сумасшедший мир, отгороженный от всей остальной столицы.
Мы не говорили о будущем и не обсуждали, к чему все это приведет. Негласно приняли правила игры: я по-прежнему утверждала, что это просто секс, а он не пытался вытянуть из меня признаний в любви, удовлетворяясь тем, что я была рядом, кричала его имя и принадлежала только ему.
Я убеждала себя, что все под контролем. Что я, взрослая и рациональная Лилиан Роузвейл, просто получаю удовольствие от близости с красивым и сильным драконом. Что мое сердце находится в безопасности.
Но кому я врала?
Сама я прекрасно понимала, что влюблена, когда ловила себя на том, что жду его появления на лекции больше, чем окончания семестра. А вместо проверки контрольных рисовала на полях блокнота чернильные профили с резкими скулами. А еще я постоянно улыбалась, как дура, чувствуя во время педсоветов, как он на меня смотрит.
Так получилось, что я без памяти влюбилась в своего ректора. Отчаянно, безвозвратно и абсолютно нерационально. В его тяжелый взгляд, сарказм и в тщательно скрываемую нежность, с которой он укрывал меня одеялом после наших безумных ночей.
Но признаться ему в этом? Ни за что! Гордость и страх быть отвергнутой и выкинутой, как это сделал Войссер, сковывали мне язык. Он лорд и дракон, а я всего лишь человек.
Поэтому я буду играть в эту двойную игру до конца. По ночам наслаждаться его телом, а днем прилюдно огрызаться и обманывать всех. Правда, в первую очередь — саму себя.
Лишь бы этот семестр никогда не заканчивался.
Глава 16. Дамиан
Мой план по завоеванию неприступной Роузвейл строился на простой армейской доктрине: длительная осада.
Она возвела стены из своего упрямства, и я принял правила игры но, решив бить изнутри. Я срывал с нее эти ужасные платья, заставлял стонать мое имя, доказывал ей каждую ночь, что между нами не просто физиология. Я окутал ее заботой и наслаждался нашей тайной двойной жизнью, где днем она сверлила меня холодным взглядом, а ночью выгибалась в моих руках с такой искренней, отчаянной жадностью, что внутренний дракон довольно рычал, ощущая свою победу.