Я смотрел на Лили, на ее бледное лицо, на эту дурацкую коробочку с бантом, прижатую к груди как щит, и осознавал всю глубину пропасти между нами.
Она не верила мне и считала, что наш тайный роман лишь прихоть лорда, не желающего портить репутацию связью с простолюдинкой.
Драконьи боги, какие же мы оба идиоты.
Я хотел схватить свою рыженькую белочку, прижать к себе и прорычать, что она единственная женщина, которую желаю видеть рядом с собой. Мне плевать на ее родословную. И весь тайный маскарад я терпел только ради нее.
Но во мне тоже заговорила гордость. Оскорбленная и уязвленная. Она спала со мной, а сама подыскивала еще варианты.
— Вы блестяще все разложили по полочкам, магистр Роузвейл. — Мой голос стал абсолютно ровным. Я отступил на шаг, увеличивая дистанцию между нами. Загоняя свои чувства в самый дальний угол. — Ваша теория, как всегда, безупречна. Я помню, что мы спим вместе ради физиологии.
Видя, как дрогнули ее губы, мне стало физически больно. Наверное, она ждала, что я начну отрицать? Но я устал ее переубеждать. Какой в этом смысл, если она не замечала ничего происходящего до этого.
— Если вам так нравится общество магистра Фэллона, то пожалуйста, общайтесь и принимайте его подарки. Мои останутся у вас, делайте с ними, что хотите. — Я замолчал на несколько секунд, а потом продолжил. — Можете даже переспать с этим хорьком, если моих услуг вам недостаточно.
Лилиан побледнела так, словно я ударил ее. Прекрасные голубые глаза расширились, наполнившись болью.
— Но запомните одно, Лилиан, — горько добавил я. — Драконы не делят свое сокровище ни с кем. Либо вы приходите в мои покои и принадлежите только мне, либо продолжаете искать для себя лучший вариант. Решайте сами, что для вас важнее.
Я развернулся и, не дожидаясь ответа, пошел прочь по заснеженной аллее, стараясь не слушать скрип снега, который, казалось, повторял звук ломающегося внутри меня сердца.
Через несколько метров я скинул пальто в сугроб, обернулся в дракона и улетел к морю.
Глава 19. Лилиан
Я проплакала всю ночь.
Моя маленькая комнатка на преподавательском этаже еще никогда не казалась такой холодной и чужой. Наверное, я привыкла к тому, что Дамиан был рядом. Сидя на полу и обхватив колени руками, я не сдерживала слезы. Теперь они текли по щекам безостановочным, горячим потоком, впитываясь в шерстяную ткань платья.
В углу комнаты, на письменном столе, тускло поблескивала подарочная коробочка магистра Фэллона. Я даже не удосужилась ее открыть. Мне было абсолютно плевать на саморазогревающийся амулет и на его дарителя.