— По рукам, Арсений! — выпалила Анька, сияя, как начищенный алтын.

Отослав новоиспеченных продавщиц готовиться к трудовым подвигам, я поднялся из-за стола. Быстро сбегал на чердак за саквояжем и в мастерскую к Варе.

Мастерская жила. Десять новеньких «Зингеров» уже стучали в едином ритме. Десяток девчонок, склонив головы, гнали ровную строчку.

Варя крутилась у закройного стола, ловко орудуя тяжелыми ножницами. Я опустил на край столешницы увесистый черный саквояж.

— Справишься? — негромко спросил, оглядывая плотную стальную раму. — Дно должно быть жестким. Чтобы ни на ощупь, ни на звук не угадывалась. Товар туда ляжет тяжелый.

Варя серьезно кивнула, проведя по внутренним швам.

— Сделаю, Сеня. Картон проложу, сукно наглухо прижму, кантом пущу. Никто и не приметит, что там вершок высоты украден.

В этот момент в мастерскую заскочил Бяшка.

— Сеня, Васян внизу ждет! Только мы ж главное не решили. Почем продавать-то будем? Я на Апрашке цены знаю. Костюм суконный, базарный, рублей за четырнадцать выставить можно. Сторгуемся на десяти–двенадцати, заберут! А пальто рубликов за пятнадцать отдадим.

Варя, услышав такие расценки, с громким стуком опустила ножницы на стол. Ее бледные щеки вспыхнули праведным возмущением мастерицы.

— Скажешь тоже, десять рублей! — фыркнула она, скрестив руки на груди. — За такую дрянь, что на локтях через месяц пузырится и по швам трещит? Я цены знаю. За индивидуальный пошив пиджака из хорошего сукна меньше тридцати целковых не берут! А то и сорок, если крой сложный. Погляди сюда!

Она резко схватила ближайший пиджак и отвернула борт пиджака, демонстрируя идеальную строчку.

— Ворс к ворсу! Подкладка, все ровное. А ты — десять рублей… Да это грабеж! Опять же, новье, а не с чужого плеча.

Девчонки за машинками одобрительно закивали, поддерживая свою старшую.

Бяшка растерянно почесал затылок, переводя взгляд с Вари на меня.

— Так то ж на заказ, барыням да господам! — попытался отбиться малец. — А мы на рынок несем. За тридцать рубликов нас на смех подымут. Чиновник мимо пройдет, а работяга в морду плюнет. Не купят!

Я дал им выговориться. Рыночная логика Бяшки столкнулась с гордостью Вари.

— Оба правы, — облокотился я о стол. Стук машинок вокруг стих окончательно. — Кто наш покупатель? Аристократ с Большой Морской к нам не пойдет, он у портного сотню оставит. А портовый грузчику не по карману, у него пятак на всю неделю. Наш клиент — чиновник, учитель, молодой инженер или старший приказчик.

Провел ладонью по гладкому сукну готового пиджака.

— Ему по службе в обносках ходить нельзя. Индивидуальный пошив у портного за тридцать рублей — это для него дорого. А базарную рвань он носить не хочет по статусу.