М-да…
— О-отставить!.. — пришлось прикрикнуть, вызволяя писателя из рук детины. — Что вас возмущает, господин Киплинг?
— Вы заставляете пленных рыть окопы! — Писатель ткнул рукой в сторону своих собратьев по плену, уже вовсю работающих лопатами и кирками. — Это возмутительно!
— Для начала… — я аккуратно стряхнул с его френча пыль, — вы копаете могилы… простите, оговорился, окопы для самих себя.
— Как? Зачем? — на лице Редьярда Киплинга выразилось явное недоумение.
— Затем. Подозреваю, что уже сегодня к вечеру ваши соотечественники начнут лупить по нам из всего, что только под рукой найдется. Как вы думаете, остановит их наличие в лагере пленных? Правильно, не остановит, ибо дорога, которую мы будем удерживать, сейчас имеет гораздо большее значение, чем какая-то горстка солдатиков. Так вот, вместо того чтобы заставить пленных строить укрепления для нас, что более насущно, я озаботился вашей безопасностью. А мог бы выставить на бруствер распятыми на крестах, как поступил со мной в Кимберли командир британского гарнизона майор Кекевич.
— Не сомневаюсь — если бы этот случай был предан огласке, — энтузиазм писателя заметно погас, — Кекевич был бы строго наказан командованием.
— Мне от этого стало бы легче? — задал я вопрос и отвлекся, завидев слоняющегося без дела нашего батальонного фельдшера Якова Бергера, недоучившегося студента Гамбургского медицинского университета. — Ко мне, солдат! Де́ла себе не можешь найти? Вперед, оборудовать полевой лазарет в одном из броневагонов. Живо!
— Есть, господин коммандант! — Яков, спотыкаясь, ринулся к бронепоезду.
— Бегом, лепила хренов… — рыкнул я ему вслед и обернулся к писателю: — Так о чем мы говорили?..
— Зачем вы на этой войне? — вдруг поинтересовался англичанин — Вы же не бур. Какие-то счеты с Британией?
— Господин Киплинг, вы здесь находитесь в роли журналиста? — Мне в голову вдруг пришла одна интересная идея.
— Да, — кивнул он, — корреспондент армейской газеты «Друг».
— Отлично. Не хотите, пользуясь случаем, взять у меня интервью? Озаглавив его, скажем… «Один день вместе с коммандантом Майклом Иглом». Или как-нибудь еще, это совершенно не важно. Думаю, тысячи ваших коллег по всему миру передрались бы за такую возможность прославиться. В свою очередь, обещаю, что отвечу предельно честно на любые ваши вопросы.
— Вы серьезно?.. — заметно растерялся писатель.
— Серьезней не бывает. Конечно, сомневаюсь, что интервью выйдет в своем истинном виде, но готов рискнуть.
— Британия — свободная страна! — вспылил Киплинг. — Если я соберусь что-либо сказать, мне не смогут закрыть рот. А если попробуют, я обращусь в иностранные газеты.