Сзади заскрипел снег.

— Здоровый какой! Это он тогда ушёл из облавы?

— Похоже. Ну, что — шкуру здесь будешь снимать?

— Шутишь, Андрюха? Отвезём домой, там в сарае подвешу и освежую.

Мы попробовали поднять волка за лапы, но тяжёлая туша неудобно сползала обратно в снег.

— Килограммов шестьдесят, не меньше, — сказал Валера. — Может, по снегу потащим?

— Погоди, — остановил я его. — Там в сарае есть жердь.

Я сходил в сарай за жердью. Мы связали мёртвому волку лапы, просунули жердь под верёвки и подняли зверя на плечи.

Машину я оставил сразу возле околицы, чтобы не насторожить зверя. Мы дотащили волка до едва заметной под снегом колеи, которая, отделяясь от дороги, уходила дальше в поле.

— Опускаем, — сказал я Валере. — Сейчас схожу за машиной. А ты пока петуха принеси.

Остывшая машина неохотно завелась. Я посмотрел на часы — второй час. Не так долго пришлось ждать волка, он пришёл почти сразу, как деревня затихла. Наверняка дневал где-то недалеко от опушки, чутко ловя мохнатыми ушами каждый звук.

Немного прогрев двигатель, я включил первую передачу и съехал с дороги на колею.

Валера стоял возле волка, растерянно глядя на клетку. Мою шубу он держал в руках.

— Петух, кажется, того, — сообщил мне охотник. — Сдох.

— Как? — удивился я. — Клетка же целая!

— Сам посмотри.

Я взглянул на клетку.

Петух неподвижно лежал на боку. Глаза его подёрнулись белой плёнкой.

— Ох, чёрт! Татьяна Семёновна расстроится! Мы же ей обещали, что вернём петуха в целости.

— Так она сама сказала, что петух ей не нужен, — возразил Валера. — Он ей на голову прыгает.

— Мало ли, что она сказала! Сколько лет у неё этот петух? Наверняка Татьяна Семёновна привязалась к нему за это время. Ну, ладно! Придётся деньги отдать.

— Зато волка взяли! — сказал Валера, пытаясь утешить меня. — Вон, какой волчара!

Глаза Валеры светились счастьем. Ещё бы! Теперь его дом украсит великолепная волчья шкура. А расплачиваться за гибель петуха придётся мне — ведь это я обещал бабе Тане, что с птицей всё будет в порядке.

Ну, и чёрт с ним! Главное — волка добыли.

Я отстегнул задубевший на морозе брезент тента и откинул задний борт. Вдвоём мы кое-как погрузили тушу в машину. Обмазанную вонючей мазью клетку мне грузить не хотелось, поэтому я достал из машины топор. Отбил им приколоченную дверцу, вынул дохлого петуха и бросил его прямо на волка, а клетку выкинул в придорожные кусты. Захлопнул борт и опустил тент.

— Поехали, Валера!

Я довёз Валеру до его дома. Пока мы тащили волка в сарай, Мишка басовито и оглушительно лаял и рвался с цепи. Из-за дома ему визгливо вторила Кара. В окнах дома зажёгся жёлтый свет — это проснулась Галя, жена Валеры.