Он спокойно опустил Элис на ноги, сам преобразовался и встал рядом, чуть впереди, выставляя себя щитом. На нем были доспехи. Изящные, чешуйчатые пластины черного металла, покрытые серебряной насечкой. Он выглядел как тень, занесенная в самое пекло.

– Альдор! Наконец-то! – Игнита вышла им навстречу, окруженная свитой. Она была в платье из жидкого золота и рубинов, которое, казалось, плавилось на ее теле. – И ты привел свою компаньонку. Как мило. – Ее взгляд скользнул по Элис, оценивая платье, позу, выражение лица. Элис чувствовала, как этот взгляд пытается ее раздавить, унизить. Но она стояла неподвижно, держа руки скрещенными перед собой, как учил Альдор, ее лицо было спокойной, вежливой маской.

– Игнита, – холодно кивнул Альдор. – Ты пригласила. Мы пришли. Где Совет?

– О, все в сборе, внутри. Пир уже начался. Прошу, присоединяйтесь.

Она повела их через лабиринт террас. Драконы расступались, образуя живой коридор. Элис слышала шепот, смешки, шипящие комментарии на драконьем. «Смотри-ка, Тень притащил свою бледную мышку». «Как она вообще дышит в нашем воздухе?» «Слышал, он учит ее языку. Какое кощунство». Она не реагировала, глядя прямо перед собой, но все слышала и запоминала. Она заметила, что не все смотрят с насмешкой. Некоторые – старые драконы, с мудрыми, усталыми лицами – смотрели с любопытством, даже с одобрением. Возможно, не все здесь были на стороне Игниты.

Пир проходил в огромном зале. Купол был сделан из цельного куска прозрачного обсидиана, сквозь который лился багровый свет заката и клубящегося дыма. Столы ломились от яств. Жаренные целиком туши неведомых зверей, блюда с тлеющими углями, на которых сами собой жарились куски мяса, фонтаны вина и более крепких, огненных напитков. Шум стоял оглушительный.

Альдора и Элис усадили на почетное, но явно неудобное место. Напротив возвышения, где восседала Игнита с несколькими наиболее влиятельными членами Совета. Все взгляды были прикованы к ним.

Пир шел своим чередом. Произносились тосты, обсуждались дела кланов, заключались мелкие сделки. Альдора несколько раз пытались втянуть в разговор, задавая провокационные вопросы о его «затворничестве». Он отвечал коротко, холодно, но веско, не давая себя загнать в угол. Элис сидела молча, ела мало, лишь пригубливая воду из хрустального кубка. Она изучала обстановку: где выходы, где стража, кто из гостей смотрит на Альдора с симпатией, кто с ненавистью.

Игнита ждала. Она ждала, пока все разогреются вином и общим возбуждением. И когда шум достиг апогея, она поднялась.

– Дорогие сородичи! – ее голос перекрыл гул. – Мы собрались здесь, чтобы отметить равновесие стихий и укрепить узы между кланами. Но как мы можем говорить о равновесии, когда один из самых могущественных наших лордов отворачивается от нас? Прячет свою силу в ледяной пустоши и окружает себя чуждым влиянием?