– Мой ответ – нет, – прозвучал голос Альдора, ровный и не допускающий возражений. – Аэрия – моя крепость. Кого я приглашаю в свои стены, а кого изгоняю – решаю только я. Мой союз с Игнитой расторгнут навсегда. И никакие угрозы, завуалированные под дипломатию, этого не изменят.

– Это не угроза, лорд, – Зориан сделал шаг вперед, и в его позе появилась открытая дерзость. – Это констатация факта. Пока эта человеческая девушка здесь, мир невозможен. Совет на стороне Леди Игниты. Вы рискуете оказаться в изоляции. Или того хуже… – Он бросил многозначительный взгляд на свиток в руках Альдора. – В документе также упоминается, что если «дестабилизирующий элемент» не будет удален добровольно, Совет рассмотрит вопрос о принудительном вмешательстве для восстановления порядка. Ради общего блага, разумеется.

Тишина в зале стала гулкой. Альдор медленно свернул свиток. Его движения были плавными, контролируемыми, как у хищника перед прыжком.

– Ты передал послание. Теперь передай мой ответ Игните и ее прихлебателям в Совете. – Он сделал паузу, и когда заговорил снова, в его словах зазвучала вся мощь драконьего владыки, та самая, что заставляла дрожать горы. – Аэрия не просила и не просит их блага. Мои границы охраняются мной. Мои решения – только мои. И если кто-то осмелится нарушить мой суверенитет под предлогом «восстановления порядка», то они узнают, почему эти горы называются Черными, а я – Лордом Теней. А теперь убирайся. Пока можешь идти сам.

В воздухе запахло озоном и камнем. Магическая мощь, исходящая от Альдора, была почти осязаемой. Зориан побледнел, его высокомерие на миг дало трещину. Он понял, что зашел слишком далеко.

– Вы совершаете ошибку, – процедил он, отступая к выходу.

– Это будет не первой, – холодно парировал Альдор. – И не последней. Но это – моя ошибка. И я заплачу за нее сам, если потребуется. Келл, проводи гостя до границ.

Посланец удалился, бросив последний ядовитый взгляд в сторону укрытия Элис. Когда дверь за ним закрылась, напряжение в зале не спало. Альдор стоял неподвижно, сжимая свиток в руке так, что костяшки побелели.

Элис вышла из тени. Она чувствовала себя пустой, выпотрошенной.

– Они из-за меня объявят тебе войну?

– Они и так ведут холодную войну, – сказал он, не глядя на нее. – Этот ультиматум – лишь ее обострение. Они не посмеют напасть открыто. Не сразу. Но интриги, набеги, экономическая блокада ­– это будет. – Он наконец повернулся к ней. Его лицо было усталым. – Ты слышала. У тебя есть выбор. Тот самый, который я обещал. Ты можешь уйти. Сейчас. Я отвезу тебя куда угодно, даже не в деревню, а в безопасное место, далеко отсюда. У Игниты не будет причин трогать твоих людей, если тебя не будет рядом со мной.