Я сначала вижу только силуэт.

Потом руки — без перчаток, с тонкой полосой часов у запястья.

Потом лицо.

И все внутри меня обрывается так резко, будто кто-то перерезал натянутую струну.

Нет.

Этого не может быть.

Из всех городов. Из всех улиц. Из всех вечеров.

Только не здесь.

Только не сейчас.

Андрей.

Мой бывший муж закрывает за собой дверь и на секунду замирает, привыкая к полумраку магазина. На его плечах тает снег. Волосы стали короче, чем раньше. Лицо будто жестче. Старше. Усталей. Или мне хочется так думать.

Он поднимает глаза.

Замечает меня не сразу.

А потом все же замечает.

Я вижу этот момент отчетливо, до боли ясно: как останавливается его взгляд, как меняется выражение лица, как в нем мелькает то ли удивление, то ли неверие, то ли что-то еще, чего я уже не умею читать.

Сердце ударяет слишком сильно.

Потом еще раз.

И еще.

Я не готова. Совсем.

Мне казалось, если мы когда-нибудь и встретимся, то это будет где-нибудь в большом чужом пространстве, где можно сделать вид, что не узнали друг друга. Пройти мимо. Раствориться. Сохранить достоинство.

Но он стоит в моем магазине.

Среди моих книг.

Посреди моей новой жизни, которую я выстраивала так долго, так упрямо, будто она могла стать крепостью.

— Ника, — произносит он.

Тихо.

Просто.

Как будто между нами не три года молчания, а один пропущенный вечер.

Я не отвечаю сразу.

У меня вдруг пересыхает в горле, и все слова, которые можно было бы сказать, кажутся или слишком жалкими, или слишком резкими, или безнадежно запоздалыми.

Поэтому я выбираю самое простое:

— Магазин скоро закрывается.

Он почти незаметно выдыхает. Не то усмехается, не то принимает правила игры.

— Я ненадолго.

— Это хорошо.

За спиной скрипит дверь подсобки, и я почти благодарна этому звуку. Алиса появляется в зале, уже в пальто, с сумкой на плече и вопросом на лице. Но, увидев мужчину у входа, моментально замолкает.

Смотрит на него.

Потом на меня.

И, конечно, все понимает.

Не детали. Не суть. Но масштаб — сразу.

Потому что именно так выглядит не прошлое.

Так выглядит незажившая рана, которая вдруг открыла глаза и пришла сама.

Андрей медленно делает шаг вперед.

Я инстинктивно выпрямляюсь.

Он замечает это движение. Как и то, что между нами теперь не дом, не общие фотографии и не кольца, а касса, стопка новых романов и целая жизнь, прожитая врозь.

— Нам нужно поговорить, — говорит он.

И вот тут я впервые за этот вечер улыбаюсь.

Холодно.

Почти вежливо.

— Нет, Андрей. Это тебе нужно поговорить. А мне — закрыть магазин.

Алиса, надо отдать ей должное, не ахнула, не вытаращилась и не спросила своим бодрым голосом: «Ой, а это кто?» За одно это я готова была мысленно вручить ей медаль, коробку трюфелей и право без очереди брать у меня все новинки в первый день поставки.