Я потом долго ненавидела именно это «для обоих», потому что за ним так удобно прятать чужую трусость.

— Ника, — Алиса щелкает пальцами перед моим лицом. — Ты опять зависла.

— Прости.

— Нет, так дело не пойдет. Сегодня ты едешь со мной.

— Куда?

— На открытие.

— Какое еще открытие?

Она смотрит на меня так, будто я лично оскорбила все культурное сообщество города.

— Новое арт-пространство на набережной. Полгорода туда ломится. Будут художники, журналисты, спонсоры, местные снобы и бесплатное вино. Тебе полезно выйти в люди.

— Мне полезно закрыть магазин, доползти домой и лечь лицом в подушку.

— Ты и так живешь, как вдова декабриста.

— Я в разводе, а не в ссылке.

— По ощущениям — где-то рядом.

Я хочу отказаться. Уже открываю рот, чтобы произнести привычное «без меня», но Алиса, предвидя это, поднимает палец.

— Только не начинай. Ты с прошлой зимы никуда не ходишь, кроме оптовой базы, банка и налоговой. Еще немного — и люди начнут думать, что ты мифическое существо, которое появляется только между стеллажами с классикой.

— Прекрасный образ, между прочим.

— Нет. Сегодня ты наденешь что-нибудь кроме этого монашеского свитера и пойдешь со мной. Все.

Я смеюсь. Невольно. Совсем коротко, но Алиса тут же победно щурится, словно уже выиграла.

С ней трудно спорить. В ней столько жизни, что рядом с ней невозможно долго оставаться собственной тенью.

— Час, — предупреждаю я. — Максимум полтора.

— Два. И ты не сбегаешь раньше меня.

— Полтора.

— Ладно. Но если там будет кто-нибудь интересный, я сделаю вид, что тебя не знаю, и дам вам шанс на личное счастье.

— Ужасный план.

— Зато рабочий.

Она уходит в подсобку за пальто, а я остаюсь одна посреди магазина, в котором уже пахнет бумагой, кофе из соседней кофейни и снегом, просочившимся с улицы.

За стеклом медленно густеют сумерки. Прохожие спешат, кутаются в шарфы, машины ползут по сырому асфальту, фонари отражаются в лужах. Все вокруг живет своей ноябрьской жизнью — немного серой, немного нервной, упрямой.

Я люблю этот час.

Когда день уже сдает позиции, а вечер еще не вступил в полную силу.

Когда кажется, что можно остановиться между двумя состояниями и никуда не выбирать.

Жаль, в жизни так не бывает.

Телефон на кассе вздрагивает от уведомления. Я бросаю взгляд и вижу сообщение от арендодателя. Потом еще одно — от поставщика. Потом пропущенный от незнакомого номера.

Удаляю уведомления, не читая.

Еще полгода назад я дергалась от каждого входящего звонка. Сейчас научилась не ждать ничего хорошего. Это удобный навык. Почти спасительный.

Но именно в этот момент дверь книжного открывается, впуская внутрь холодный воздух, звон колокольчика и мужчину в темном пальто.