Удар всё же достиг цели: во взгляде Мальзери плеснулась лютая злоба. Черный взгляд, черные круги вокруг глаз, черная ненависть.
— Но ведь из всей твоей родни жива разве что королева, — добил Бертольд. — Она же, кроме прочего, еще и твоя племянница. Как думаешь, дочь Алехандро Илладэна сильно тебя ненавидит?
— Если рассчитываешь на ее заступничество, то зря. Она теперь — ничто. Элгэ Илладэн показала свое истинное гнилое нутро. Она вероломно попыталась убить Его Величество, а когда не смогла — трусливо исчезла.
— Прямо из дворца, полного стражи? — искренне расхохотался Ревинтер. — И на короля коварно покушалась прямо в его стенах? Вы там без меня и Анри Тенмара наняли охранять короля… то есть уже целого Императора грудных младенцев или не просыхающих пропойц?
— Зато там есть целый десяток квалифицированных палачей. На тебя хватит. Как и стражи — чтобы тебя удержать. Ты — не боец, Бертольд Ревинтер, и сам это знаешь.
— Знаю, — честно признал бывший министр финансов. — Не боец. Как, впрочем, и ты. И, как выяснилось, Его Величество. Похоже, Алексис Зордес обучал вместо родного сына приемную дочь. Может, еще тогда видел, что из Виктора Вальданэ ни змея не выйдет?
— Зря надеешься, — усмехнулся Мальзери. — Нас никто сейчас не слышит. Мне, как и тебе, плевать, справлюсь ли я даже с наемником средней руки. У меня для этого есть верный отряд. А Алексис Зордес мог родиться с клинком в руке, но пуля из-за угла легко уравнивает шансы. И мне уж точно плевать, насколько ты оскорбишь Его Величество. Королей, которым мне пришлось служить, я уважал ничуть не больше твоего. Мозгов не имел ни один.
— А зря. Фредерику Юбочнику ты обязан жизнью, титулом и положением в Эвитане. Я-то — потомственный граф Эвитана, а вот ты — беглый мидантийский патрикий. Забыл?
— Фредерик собирался лишить сына права наследования, — процедил Мальзери. — Он даже успел новое завещание настрочить. Этого ты не знал, не так ли?
— Я видел новое завещание, — напомнил Ревинтер. — Читал своими глазами, а на зрение и память я пока не жалуюсь. Регентом становился Арно Ильдани. Но королем — все-таки Карл. А Ильдани никогда не пошел бы на свержение племянника.
— Ты видел предпоследнее завещание, — усмехнулся Мальзери. — Последнее разорвал в клочья взбешенный Гуго — когда понял, что власти лишат не только его самого, но и драгоценного племянничка. Забавно, да? Этот омерзительный, жирный бочонок кислого пойла любил слабоумного выродка, как родного сына. А братьев ненавидел. А еще смешнее, что он ведь был старшим братом Арно Ильдани. И имел больше прав на трон — даже сам. Но обиделся не за себя, а за тупого недоумка-племянничка.