Это только вслух и король, и его окружение орут о сонме врагов вокруг, поголовно купленных то ли Мидантией, то ли еще кем. Сами они ни в какое реальное сопротивление лютенцев не верят.
Самое большее — будут возмущенные выкрики из толпы. Повод кого-нибудь в спешке похватать, показательно наградить схвативших, квалифицированно казнить каких-нибудь схваченных безоружных и объявить о предотвращении особо коварного покушения на короля и Орден леонардитов сразу. Заодно еще придумать, кому именно продались пойманные. За эти дни Виктор упомянул уже все страны подлунного мира, кроме внезапно союзной леонардитской Квирины, и пошел по второму кругу. Последнего обвиненного именно в покушении ремесленника казнили позавчера. Продался он, якобы, какому-то из Вольных Городов, название которого вряд ли до этого помнил не только он, но и сам Виктор Вальданэ. Элгэ и Октавиан еще предположили, что короля на этот счет консультирует лично Валериан Мальзери.
На то и был заклад. На то, что все уже привыкли лишь к слабым, лично придуманным врагам. Выгодным.
Конечно, леонардиты будут вооружены всё равно. И умереть в бою можно и самим — их-то всего трое. Но Алан уже был когда-то на Грани, а еще дважды — в мидантийской камере. Пора бы привыкнуть к риску.
А оба его нынешних напарника и вовсе свою жизнь не ценят. Даже сильнее, чем когда-то некий тоже илладиец… илладийка, пропивающая свое утраченное будущее на службе князя Всеслава.
Оказаться в Бездне тоже не страшно. В конце концов, они спасают монахов от монахов. Творец в Светлом Ирии как-нибудь сам разберется, кто из них прав. Но точно не Виктор Вальданэ. Даже если бы какой-то монарх-мирянин и в самом деле внезапно заслужил право возглавить Церковь Творца, это точно был бы не Виктор… Великий. Не вышел ни… величием, ни моральными качествами.
Октавиан даже упомянул, что в Бездну они с Элгэ вдвоем уже спускались… и вышли оттуда живыми.
Элгэ внезапно исчезла всего за квартал до места будущей засады. Просто исчезла — и всё. Вместе с одеждой, обувью, оружием. Всего миг назад Алан случайно коснулся ее плечом, рядом слышалось ее дыхание…
И всё. Без звуков, шорохов, капли крови. Будто и впрямь провалилась в Бездну Огня и Льда, которую они так часто и неосторожно поминали.
Только следы на мокрой земле остались.
Алан ошалело глянул на Октавиана. Творится явно что-то потустороннее, а в таком Эдингем уж точно не разбирается.
Октавиан испуганным не выглядит. Только напрягся, пытаясь то ли прислушаться, то ли принюхаться… то ли еще что.
Алан шагнул вперед — на то место, где миг назад стояла Элгэ. Но Октавиан крепко взял его локоть, удержав на месте. Мышцы у довольно худощавого Мальзери оказались стальные.