Когда Лиза спустилась к завтраку, Шторм уже сидел во главе стола, просматривая сводки новостей в планшете. Он был в темно-синем костюме, идеально сидящем на его мощной фигуре. Сегодня он выглядел как респектабельный бизнесмен, и только хищный блеск в глазах напоминал о том, кем он был на самом деле.

— Садись, ешь. Нам предстоит долгий день, — он даже не поднял на неё взгляда. — Сегодня твоё боевое крещение. Встреча с Ганзой.

Лиза замерла, едва поднеся чашку с кофе к губам. — С Ганзой? С тем самым главой строительного картеля? О нем говорят, что он не признает женщин в бизнесе.

— Именно поэтому ты пойдешь со мной, — Шторм наконец посмотрел на неё, и уголок его губ дернулся в насмешке. — Ты будешь моим щитом из параграфов и кодексов. Ганза привык решать дела силой, но сейчас ему нужно чистое юридическое прикрытие для порта. Если ты провалишься и он почувствует слабину — он тебя сожрет. А я не стану мешать.

— Вы бросаете меня на амбразуру, — Лиза сжала вилку так, что побелели костяшки.

— Я учу тебя плавать, Лизок. В этом аквариуме либо ты акула, либо корм.

Офис, где проходила встреча, находился в самом высоком небоскребе города. За столом переговоров сидел Ганза — грузный мужчина с лицом, изрезанным шрамами, и масляными глазами. Его охрана стояла вдоль стен, создавая атмосферу напряжения, от которой воздух казался наэлектризованным.

Шторм вальяжно откинулся на спинку кресла, демонстрируя полное безразличие. — Мой новый юрист, Елизавета. Она ознакомилась с вашим предложением по порту. И оно ей категорически не нравится.

Ганза хмыкнул, оглядев Лизу с головы до ног сальным взглядом. — Артур, ты завел себе новую породистую сучку и решил поиграть в законников? Девочка, ты хоть знаешь, как выглядит настоящий контракт, а не расписка за минет?

Охранники Ганзы коротко хохотнули. Лиза почувствовала, как к лицу приливает жар унижения. Она взглянула на Шторма — он молчал, его лицо было непроницаемым. Он действительно не собирался её защищать. Это был тест.

Лиза сделала глубокий вдох. Перед ней на столе лежала папка. Она открыла её, и её голос, вопреки внутреннему дрожанию, прозвучал твердо и холодно:

— Господин Ганза, если вы закончили упражняться в сомнительном остроумии, я бы хотела обратить ваше внимание на пункт 4.2 вашего договора. Вы предлагаете схему через кипрский офшор, который на прошлой неделе попал в черный список Центробанка. Если Артур Борисович подпишет это, через два месяца его счета будут заморожены, а вы получите порт за бесценок по праву залога.

Смех в комнате стих. Ганза прищурился.