А Абели? Она ничего не говорила о том, что хочет стать наложницей оборотня и за человека замуж вчера не хотела. Скорее, подружка хотела попасть в служанки. Как же тогда получилось с охранником?

Поли размышляла о том, что им всем троим сейчас обязательно надо поддерживать друг друга, как раньше, в пансионе. Ей так нужно, хотя бы, поговорить с подругами: и с одной, и со второй! Убедиться, что они в порядке! Только она едет, запертая в этой дурацкой карете!

Поли пришло в голову, что с тех пор, как она стала данью, и попала к оборотням, она все время словно в плену: заперта и под охраной. Если подругам сейчас плохо, она совсем не может им ничем помочь. А, может, им сейчас тяжело на душе? Может, они обе страдают от боли? Может им воды хочется, а подать никому!

Поли вся измучилась, пока наступил вечер. На выходе из лесу караван сделал короткий привал. Это была последняя стоянка перед столицей, шатры не ставили, лагерь не разбивали. Просто небольшой отдых и удовлетворение естественных надобностей.

Вечерело. В столице двуликих они должны быть уже ночью. Поли слышала, как это сказал один из воинов-оборотней в разговоре с кем-то.

Девушка, оправив платье, чинно вышла из густых кустиков и неторопливо пошла в сторону своей кареты. Вдруг, явно неожиданно для оборотней охраны, она резко рванула в узкий проход между телегами и сразу запетляла, как заяц, стараясь улизнуть в толпе между людьми, оборотнями, возами, телегами.

Охранники были стремительны и быстры, но их мощные волчьи тела просто не могли так ловко, как Поли, лавировать в этой живой, беспорядочной и тесной толчее каравана. Она же бежала, лишь на миг приостанавливаясь то здесь, то там, лишь затем, чтобы заглянуть в телегу под шкуру или в лицо очередной, отдаленно похожей на Грейс, женщины. Поли отчаянно искала своих подруг. Охранники, которые опасались потерять ее из виду, бежали сбоку, выбирая, где посвободнее, и рычали от ярости. Люди, которые оказывались поблизости, в страхе шарахались от них, создавая еще большую толчею.

До девушки доносился этот их страшный рык и пугливые вскрики женщин. Может, эти зверюги ее сейчас поймают и разорвут за побег?

Внезапно, один из волков обернулся человеком, схватил с ближайшего воза какую-то одежду, и уже в человеческом обличье, мгновенно натягивая штаны, грубо недовольно крикнул, скорее даже, гаркнул:

— Это я сделал твою подругу своей наложницей. Иди за мной, покажу, где она.

Огромный суровый мужчина, не оглядываясь больше на Поли, пошел впереди, показывая дорогу. Она ловко сменила направление и, не приближаясь, двинулась за ним параллельным курсом.