Абели, наконец, оторвала взгляд от малыша. Теперь, когда роды были благополучно позади, все пережитые страхи куда-то делись и юной счастливой матери было легко простить весь мир, не то, что обезумевшего об беспокойства за нее мужчину.
— Мне нравится, что ты меня так сильно любишь, — ласково улыбнулась женщина. — Но наказать тебя все же стоит…
Сын наелся и отвалился от груди, как насосавшаяся пиявка. Торэс сразу подложил с дугой стороны дочь, а умиротворенного сына бережно уложил обратно, в большую корзину.
Абели устроила девочку поудобнее и, когда снова посмотрела на Торэса, перед нею уже умильно махал хвостом огромный волк, положив большую голову на лапы.
— Думаешь, так меньше достанется? — Абели за пол года совместной жизни уже научилась понемногу управляться с грозным воином, но и он знал, как умилить свою женщину, особенно, когда она дулась, если он не давал ей желаемого.
— Хочу Поли и Грэйс. Хочу, чтобы они посмотрели на наших деточек. Они моя семья, Торэс, мои сестры по жизни. Хочу разделить с ними свою радость, — глядя прямо в умные желтые глаза оборотня, потребовала Абели. — Это и есть твое наказание. Приведи мне их завтра. Пожалуйста!
Торэс обернулся, стал натягивать штаны.
— Человечкам запрещено покидать квартал, а Поли во дворце. Как я их приведу, девочка? Ладно еще Грэйс. Поговорю с Аресом и договорюсь с охраной квартала из оборотней. Но Поли из дворца я точно не смогу вывести, — стал торговаться оборотень. Он почему-то ревновал Абели даже к подругам. Хотел ее всю только себе. Слишком долго он искал свою самку. Настолько, что уже думал, не найдет. А тут и Абби и дети… Даже страшно. И теперь ему все мало, мало, мало. Хочется свою драгоценную женщину закрыть, запереть, спрятать, ни с кем не делиться!
— Поговори с Грэйс. Может, она поможет тебе, подскажет, как Поли из дворца вывести, — посоветовала эта невозможная самочка.
— Я, бывший глава королевской охраны, не могу, а человечка из зоны сможет? — саркастически проговорил Торэс.
— Ну в прошлый раз, когда мы втроем встречались у Грэйси, смогла же, — фыркнула Абби, не выдержав пренебрежения к ним, человечкам. — Я тогда тебе еще про шарфик соврала, когда ты ее учуял.
Абби несколько секунд торжествующе смотрела на ошалевшего от такой новости охранника, а потом испуганно закрыла ладошкой рот.
На следующий день, рано утром, Торэс уже был в Человеческом квартале.
По гостеприимному приглашению главного архитектора, он, явно неохотно, сел завтракать вместе с Аресом за один стол, что само по себе было со стороны оборотня большой уступкой Абели и всему человеческому роду-племени.