— Спасибо. — Я взяла бокал. — Это только начало.
Весь вечер я не подходила к нему.
Я танцевала с коллегами. Смеялась над шутками отдела продаж. Позволяла Андрею — тому самому Андрею со свадьбы, который извинялся и не извинялся, — купить мне напиток. Улыбалась ему. Смотрела в глаза.
Демьян наблюдал.
Я видела это краем глаза. Как он стоит у бара, как сжимает бокал, как смотрит. Как напрягаются его плечи, когда Андрей наклоняется ко мне слишком близко. Как он делает шаг вперёд — и останавливается.
Это было жестоко. Я знала. Но мне было всё равно.
Мне нужно было, чтобы он почувствовал то, что чувствовала я. Беспомощность. Неопределённость. Страх, что тебя не выбирают.
К одиннадцати вечеру он не выдержал.
Я стояла у окна, одна, с бокалом в руке, глядя на город. Он подошёл сзади. Тихо. Я почувствовала его присутствие раньше, чем услышала голос.
— Что ты делаешь? — спросил он.
Я обернулась. Медленно.
— Отдыхаю. А что?
— Ты флиртуешь с Андреем.
— Флиртую? — Я подняла бровь. — Мы просто разговариваем. Он купил мне напиток. Это вежливость.
— Полина.
— Что «Полина»? — Я посмотрела на него. — Мы не вместе, Демьян. Ты сам сказал, что тебе нужно время. Я дала тебе время. А теперь… — Я пожала плечами. — Я делаю то, что хочу.
— Ты делаешь это назло мне.
— Может быть. — Я сделала глоток. — А может, я просто устала ждать, когда ты решишь, что тебе нужно измениться. Может, я хочу почувствовать, что меня выбирают. Что я важна. Что я не просто… — Я запнулась. — Не просто ошибка в твоём отчёте, которую надо исправить.
Он смотрел на меня. В его глазах было что-то — боль, злость, раскаяние. Я не знала, что именно.
— Ты важна, — сказал он тихо. — Ты самая важная.
— Тогда докажи. — Я посмотрела на него. — Не словами. Действиями.
— Как?
— Не знаю. — Я покачала головой. — Но если ты не можешь даже признать, что был неправ, когда был неправ… как я могу верить, что ты изменишься?
Он молчал.
— Я пойду, — сказала я. — Мне нужно ещё пообщаться.
Я отошла. Он не остановил.
В час ночи вечер закончился.
Я вышла на улицу. Было холодно. Я стояла, ждала такси, кутаясь в пальто.
Он вышел следом.
— Полина.
Я обернулась.
— Что?
Он подошёл. Остановился в шаге.
— Я был неправ, — сказал он. — Не только в отчёте. Во всём. Я вёл себя как мой отец. Я использовал власть, чтобы настоять на своём. Я не слушал тебя. Я не уважал тебя. И я… — Он замолчал. — Я не знаю, как это исправить. Но я хочу. Правда, хочу.
Я смотрела на него.
— Демьян…
— Я не прошу тебя вернуться. — Он покачал головой. — Я не прошу прощения. Я просто хочу, чтобы ты знала: я понял. Наконец понял. И я сделаю всё, чтобы стать тем, кем ты хочешь меня видеть. Не потому, что ты просишь. А потому, что я сам этого хочу.