В общем, заслуг не умаляю, но… от встречи с ним, честно, малость мандражирую.

— Мне кажется, — аккуратно подвёл учёный, — если отринуть вашу претенциозность к личности Иосифа Висса ри новича, а просто… уважать. Он это наверняка увидит, и всё будет адекватно. Всё-таки мы люди непростые, из будущего и…

— Да понятно, — покорился командир, — понятно, что мы ему будем интересны не просто как носители знаний грядущего, которые из нас выкачают, в конце концов. Самим фактом, как некий, уж не знаю, психологически-ментальный срез следующей эпохи, что ли…

Подумав: «А я так тем более. Если до того дело дойдёт».

* Нарицая советского моряка-подводника Н. А. Лунина, известного своей атакой на «Тирциц».

Когда дойдём, когда вблизи советских берегов запричитают чайки……то ли мысли, то ли мысли вслух. То ли…

Дважды менять жизнь, да чего уж там, реальность! Не перебор ли? Когда вполне себе прижившись в «восемьдесят пятом» — потому что это годы детства и юности… когда вот только настроился (и разочаровался) нести «разумное, доброе, вечное», сиречь прогрессорство «застойному» Союзу, как на тебе… здравствуй Кремль 1944 года⁈

Перевёрнутая страница его флотской биографии. С обречённостью в мыслях, что теперь придётся стать частью и этого мира. В этот раз окончательно и бесповоротно. И все прежние альтернативные годы сомнёт под собой година 44−45-го победного.

'Как только бы нам, модифицируя взаимосвязанность пращуров с потомками под новые реалии, не нарваться на неверную в корне оценку этого 'выдуманного прошлого.

Выдуманного, однако ж, существующего'.

Долго агонизирующий день ничем особым не отметится, как и подкравшаяся утомлённая ночь. Ещё до того как за тёмным горизонтом займётся рассвет, зачётным календарным утром двадцать восьмого ноября 1944 года корабли войдут в широкий обрамлённый жилистыми скалами зев Кольской губы. Становясь на рейде, у назначенных банок, не спеша следовать дальше уходящим вглубь материка свободным фарватером.

Вице-адмирал Левченко, наверное, получив какие-то особые инструкции, распорядился по эскадре застопорить ход, бросив якоря.

Встречающая «делегация» почему опаздывала.

Серые силуэты кораблей Эскадры Открытого океана накроет тюль тумана, обволакивая… сначала по пояс ватерлинии, потом по «шею», переваливая за срезы палуб… самый отдалённый мателот уж тонул в этом покрове по самые макушки клотиков, только кончики мачт и торчали.

Спустя время, час-другой, чу… когда восток чуть засветлеет и в открывшемся просвете коротко глянется «поздороваться» солнцем, загрохотав цепью, флагманский «Союз» снимется с якоря, оттрубив гудом тифона, медленно двинув, увившись вежливостью Левченко прощальными сигнальными флажками. Следом потянутся и «Кронштадт» и «Чапаев», уходя «за поворот» изгибающегося залива.