Самое сложное было впереди. Руны. Он не собирался делать их микроскопическими, как для себя. Наоборот, с первого взгляда должно было быть видно — это не современная поделка, а нечто древнее, загадочное. Он вызвал в памяти образы символов средней защиты от физического и магического урона из знаний Кайрона. Необходимая схема снова была выше его уровня мастерства, ведь она предполагала возможность одномоментного выплеска накопленной энергии, но у него не было другого выбора. Придется выложиться по полной, не полагаясь на современные технологии. Сознание, как резец, коснулось поверхности серебра.

Марк не выжигал и не гравировал. Онвплетал . Сила его воли продавливала металл, оставляя на нём чёткие, глубокие линии. Сначала на пряжке появились крупные, едва заметные символы, но с каждой минутой они прорисовывались все четче. Каждый завиток требовал колоссальной концентрации. Пот заливал глаза, пальцы правой руки, сжимавшие пряжку, дрожали от напряжения. Он чувствовал, как энергия уходит, но это была знакомая, управляемая усталость, а не всепоглощающий шторм, сопровождавший активацию перстня одаренного.

Когда металлическая часть была готова, он устроил себе небольшой перерыв, а после перешёл к изумруду. Это был самый ответственный момент! У него не было второго камня, а значит не было и права на ошибку. С легким усилием он аккуратно вставил камень в предназначенное для него гнездо. Теперь нужно было связать его с серебряным контуром, создав единую энергетическую цепь.

Это была ювелирная работа, выполняемая силой мысли. Нанося руны прямо на грани кристалла, он сплетал их в единую схему с узором на оправе. Казалось, сама вселенная помогала ему в это момент — каждая черта, каждая руна получалась безупречной. Когда последний символ был нанесен, Марк выдохнул с огромным облегчением. Основа была готова. Осталось наполнить ее энергией…

Парень очень надеялся, что процесс активации не приведет к таким же печальным последствиям, как было с перстнем. Полагаясь на возросший уровень контроля и объем энергии, а также на то, что артефакт был все же ниже уровнем, он глубоко вдохнул, и сделав медленный, спокойный выход, начал подачу энергии. Его «ручей» очень быстро начал мелеть, будто проваливаясь в ненасытную пропасть. Вот показалось дно и в груди тут же появилось тянущее ощущение, переходящее в жгучую боль в его эфирных каналах.

Марк привычно переключил сознание на запитку артефакта от жизненной энергии. Приготовившись терпеть боль до конца, он вдруг почувствовал, как пряжка на его ладони на мгновение вспыхнула — серебро отлило холодным лунным блеском, а изумруд ответил глубоким зелёным сиянием. Свет угас, оставив после себя ощущение тёплой, почти живой пульсации в металле и камне.