На этих строках Лис улыбнулся и подмигнул служанке, которая как раз принесла на ближний к сцене стол кувшин пива и миску тушёной капусты с мясом.
—В котомке немного хлеба, во фляге — глоток вина,
Что нужно ещё для счастья, когда свобода дана?
Дорога, песня и лютня — подруги в долгом пути.
А женщин на свете много, что стоит красотку найти.
Священные узы брака — петля на горле певца,
Зачем жена менестрелю? — ведь нет дороге конца.
Дом — золочёная клетка, будь то лачуга, дворец,
Супруга — камень на шее. В том был уверен певец.
Он прижал струны ладонью, решив закончить своё выступление на этом. А то баллада долгая, а пиво скоро нагреется в такой жарище. Да и стоит пересочинить всю вторую часть, переделав тёмную колдунью на алхимичку. Хотя нет, проще новую песню написать.
Сейчас, спустя полгода странствий по Южному Континенту, Лис был уже категорически не согласен с лирическим героем баллады. Когда дороге нет конца, это всё же не очень хорошо. В конце концов, сам Рейнард редко непрерывно странствовал больше полугода, задерживаясь где-нибудь на месяц или два, а уж на зиму — это почти обязательно. Впрочем, для него ведь роль менестреля всегда была только дополнением, тогда как по основной специальности он добытчик редких и ценных алхимических ингредиентов. А заработанные деньги нужно ещё успевать где-то тратить, иначе какой в них смысл?
— Эй, менестрель, спой ещё, — потребовал какой-то забулдыга, перегаром от которого разило аж через два стола. — Про любовь! Серебром плачу!
— После, — отмахнулся Лис, вгрызаясь зубами в баранью лопатку.
— Не, ну ты слышь… — не отстал пьянчуга.
— Глаза протри, — резко огрызнулся Рейнард. — У меня помимо лютни ещё и меч есть.
Он поднял прислонённый к табурету клинок и грохнул ножнами по столешнице. После чего, уже в тишине, продолжил обед.
Подоспевшая служанка подлила пива в опустевшую кружку, хотя он бы с этим и самостоятельно прекрасно справился. Но судя по зазывной улыбке и глубокому вырезу на платье, девица желала услужить гостю не только за столом.
— А я бы не прочь, как в песне, — заверила она.
— Что? — уточнил Лис.
— Ну, на сеновале, — томно закатила глаза подавальщица. — Даже если ты уйдёшь утром.
— Знаешь, милочка, — усмехнулся Рейнард. — Иногда песня — это просто песня. А я хотел бы хорошенько выспаться, чтобы продолжить путь с рассветом. Я очень спешу. Меня ждут дома. Кувшин оставь! А лучше ещё один принеси.
Обидевшаяся девушка едва не ушла, прихватив пиво. Но увидев небрежно брошенную на стол серебряную монетку, мигом сменила гнев на милость.