У неё на воспитании находится юная графиня Каталина Рене Мария Валь-де — Эсе ла Куэва, потомок трёх враждующих между собой семей. Испанские герцоги дель Альбуркера, венецианские благородные синьоры Торризи и французский род д' Фуркево соединились в этой прекрасной девушке, рождённой на дальних островах Ост-Индии.

Ей около шестнадцати лет и вдовствующая графиня делла Гутьеррес, дав ей прекрасное образование, согласно завещанию второй герцогини Немур, собирается вновь отправиться с семьёй в Шотландию.

Учитывая, что сама она ещё достаточно молода, но, почитая память супруга, не желает вступать в новые брачные отношения. Уединённое проживание в северном имении её вполне устраивает. Она желает передать имение в Провансе Святой Церкви, считая это богоугодным делом.

Единственная её просьба — это достойный уход за усыпальницей последнего барона де Беккариа и его супруги, что покоятся недалеко от монастырского храма'…

Являясь доверенным человеком Людовика XIV, которого король совершенно недавно отправил послом в Тоскану, чтобы восстановить отношения со своей двоюродной сестрой Маргаритой Орлеанской, женой Козимо III Медичи, великого герцога Тосканы, и зная про нравы двора не понаслышке, он с изумлением наблюдал за жизнью благородных дам, которых представила ему мать-настоятельница.

Одетые практически по моде прошлого столетия, они всё же отличались от дам на портретах в галереях, а также от кокетливых особ при дворе правителей Франции и Тосканы.

Конструкции нарядов были другие, на первый взгляд всё так же и всё же, что-то ускользало от внимания кардинала. По-другому было многое.

Лоск и ухоженность, изумительные украшения, подобранные под каждый наряд, уверенность в поведении и тайна, что окутывала невидимым флёром эти создания.

Он ощущал это.

Казалось, его, этот таинственный флёр, можно было потрогать руками, вздохнуть, наслаждаясь, как несравненный аромат, что витал вокруг графини.

Знание иностранных языков, в том числе латыни, миро расположения и множество других наук. Донны были удивительными, и в то же время весьма зависимы от молитв, воскресных служб и исповедей. Сказывалось монастырское воспитание.

И он каждый раз собирался заговорить. И не решался…

Это было впервые в его жизни. Как рыцарь-госпитальер он слышал про род д' Фуркево, но как сказано было, выше не решался задавать какие-либо вопросы молодой женщине, что, доверившись его церковному сану, была открыта с ним, почтительна несмотря на его совершенно не почтенный возраст.

Они верно были ровесниками. Прекрасная графиня так похожая на женщину, что смотрела с портрета глазами, наполненными жизнью и небывалой энергией, была для кардинала словно наваждением. Какая разница какое количество лет она радует Создателя и эту грешную землю своим присутствием?