— Могу предположить, что провидица что-то увидела и потеряла сознание. Это отразилось на памяти, — успокаивает магистр. — Поэтому прекратите забивать свою голову этим. Всё поправимо, ей помогут.
— Ей помогут, — повторяет тихо Арсаль. — Айра, не стоит грустить. Она поправится и уже через неделю вернётся.
— Почему ты так уверен? — растерянно переспрашиваю.
Друг мягко улыбается.
— Знаешь, иногда боги посылают людям предупреждения. И они бывают разными. Значит, это всего лишь знак Мироздания. Всё обойдется. — Костяшками пальцев Арсаль бережно и даже ласково оглаживает мою щеку. — Не стоит грустить. Она ведь плохо обошлась с тобой, да?
— Она просто не была рядом в нужное время, — уклончиво отвечаю, не желая развивать тему.
— Молодые люди! — рявкает магистр, подходя к нам. — Вы готовы сдать проект? Много болтаете!
— Готовы, — спокойно отвечает Арс за нас двоих.
Благодарно улыбаюсь другу и ощущаю, как теплота к нему растекается по венам, заполняет каждую мою клеточку. Видимо, боги сменили свой гнев на милость и послали мне хорошего друга.
— Вечером я научу тебя, как ставить алхимическую защиту и зеркало, — горячо шепчет мне на ухо Арс, когда магистр уходит.
Ободряюще сжимает мои пальцы, а затем, приподняв мою кисть, дарит короткий поцелуй тыльной стороне ладони, не сводя с меня пронизывающего взгляда…
* * *
— Поговорим? — раздается над самым ухом, когда я выкладываю лишние учебники в именной стальной шкафчик в коридоре.
Вздрогнув, тут же разворачиваюсь и едва не утыкаюсь носом в ворот рубашки Кайна.
Поднимаю взгляд, и дыхание словно останавливается. Как и весь мир вокруг. Само время будто застывает, стоит нашим взглядам встретиться.
Пронзительно-синие глаза смотрят обеспокоенно. В них бушуют настоящее волнение и отголосок решимости.
— Если ты снова собираешься отговаривать меня от общения с Арсалем, то нет. Разговора не будет.
— У меня нет доказательств его причастности к Шайну и Джени, — тихо произносит Кайн.
Замолкает, когда мимо нас проходит кто-то из адептов.
— Но ты должна знать, что он имеет прямое к этому отношение.
— Он тебе не нравится, — соглашаюсь я. — Но он нравится мне.
И тут же, поняв, что сказала, поправлюсь:
— Как друг, разумеется.
Кайн усмехается мрачно. Вновь оглядывается и резко хватает меня за запястье.
— Идём, поговорим в более интимной обстановке, я попробую донести до тебя одну маленькую, но важную истину.
Гулко выдыхаю и резко упираюсь свободной ладонью в его мускулистую грудь в попытке оттолкнуть от себя. Но Кайн словно непоколебимая скала. Покрытая льдом, снегом. Мощная, вызывающе спокойная и надменно возвышающаяся надо мной. Приходится немного задирать подбородок, чтобы вновь прикоснуться взглядом к его синим глазам. Насмешка, кривая ухмылка на безупречно аристократичном лице с грубо очерченными скулами.