Чем блондинка думает — вот загадка, достойная виталиста! Совершенно не ожидал от неё такой… такой… даже не знаю, как сказать. Не глупости — точно. С мозгами у Миланы явно всё в порядке — с задачами планирования и менеджмента она справляется лучше многих моих знакомых-манагеров с Земли, и раньше мною в откровенных дуростях замечена не была. Загадка, говорю же. В любом случае баронетту я прямо с утра выставил вон — заниматься делами поселения, а сам засел за планирование условно-торговой экспедиции . Опять. Правда, в этот раз всего лишь в соседний посёлок. Нужно самому поучаствовать, лично, понять, насколько это сложно реализуемо…
— Сержант, ты чего хотел? — вынырнув из своих мыслей, я понял, что подчинённый мне так и не ответил.
— А? — отвальный продолжал крутить головой. — А… Это… Вот нифига ты тут навертел!
Я вслед за Баюном посмотрел по сторонам, и хмыкнул. Ну да, есть такое дело: за три дня дом ведьмы изнутри существенно преобразился. План-диаграмма на стене разрослась вдвое, обзаведясь многочисленными пометками-булавками с яркими цветными головками — про свой рабочий комфорт я не забыл, и канцелярка мне приехала в составе обоза Рамона. Булавки теперь удерживали не короткие записки, а полноразмерные листы, иногда по нескольку штук — результат моего вчерашнего «погружения в проблему». На столе и частично над столом расположилась система переливания крови — про неё я говорил. Ведьмовские склянки тоже никуда не делись, но теперь смотрелись как-то сиротливо, «столпившись» вокруг собранного микроскопа.
Напротив, у свободной ранее стены теперь возвышался шкаф. Не простой, а лабораторный, частично из реек и стекла: не причуда, требование элементарного удобства. Сейчас конструкция была почти полностью забита пробами крови ключевских жителей — результат сбора образцов для определения группы крови. В ближайшие пару дней это придётся всё отмыть, и кюветы, чашки Петри и предметные стекла заново пустить в работу уже для других исследований. Не место такому дома, если честно, но под лабораторию сарай точно не подойдёт. Хотя бы потому, что основной объект исследований, ради которого я всё это затеял, живёт прямо тут.
На фоне всего остального полки с книгами и папками смотрелись как-то обыденно… для меня, а вот для местных тоже были чем-то из ряда вон. Зарубежники сами вели учётные записи, включая генеалогические (рождения, смерти, браки), но вот именно книг я у них что-то не заметил. Кроме Устава Войска, конечно.
— То ли ещё будет, — пообещал я Баюну, и тот почему-то зябко вздрогнул. — Может, всё же скажешь, зачем меня искал?