— А иначе никак, — правильно поняв причину моего удивления, невесело объяснил Косточка. — Когда большой выплеск — только незаметность и спасает. Заставы Рубежников и те не выдерживают — а нам то? С детьми да жинками с оружием себя защитить не выйдет. Это из Приграничья есть куда бежать, если совсем невмоготу, да и родственники в северных королевствах там у всех — а нам деваться некуда. Потому и деревни сотнями лет на месте стоят, а новые если и строят — я о том не слышал. Потому как проверенные временем те, что есть.
— Дела… — повторил я.
[*Арн не прав, точнее, не совсем прав — ниндзя сами себя прекрасно выпилили, правда, действительно не без помощи власть предержащих. В 1603 г. сёгун Токугава, вполне логично рассудив, что организация ниндзя может быть использована против него недовольными исходом войны даймё, спровоцировал два крупнейших клана ниндзя, Кога и Ига, на противостояние. В результате к 1604 г. от общества ниндзя остались немногие, которые впоследствии присягнули на верность лично сёгуну.]
Осмотр склада затянулся даже сильнее, чем я думал. Уж слишком много в подземном зале сложной формы (видимо, повторяющей ложе спущенного озера) было всего.
— Косточка, вот скажи мне, — зародившиеся ещё утром подозрения у меня сформировались в стойкую уверенность. — Вы что, всю посуду и вещи, ставшие ненужными, на общинный склад оттаскиваете?
Сотни уже знакомых тарелок, а также кружек, блюдец, кувшинов занимали несколько стеллажей. Тут же рядом стояли чугунки, сковороды, можно было подобрать в комплект ложки и даже редко используемые за пределами Лида вилки. И не сказать, что всё это выглядело как новенькое: чистое — да, в хорошем состоянии, но никак не более того.
— А что, в избе о них спотыкаться? — искренне удивился зарубежник. — А ежели тарелки понадобятся, так мне сходить и не лень.
— А плащи и жилеты? — я махнул рукой в сторону вешалок, на которых были аккуратно расправлены упомянутые одежды.
— Ну тут, понятно, дома держу, пока зима. Чтоб по холоду как дурак каждый раз не бегать, — похоже снайпер не очень понимал суть моих расспросов. — А если ты про эти, так то умерших одёжка или кто про запас сшил.
Меня слегка покоробило такое уравнивание, но виду я не подал.
— А если твой запасной плащ кто-то возьмёт, случайно? — тарелки все были абсолютно одинаковые, не считая степени износа, не вдруг различишь. Так что я решил спросить о более личных вещах.
— Если только с большого перепою, — поскрёб в затылке рядовой. — Но так он вернет, как прочухает. В своём ходить всяко удобнее.