…Возвращаясь к вопросу достижений и Систем. Структуры — как люди: тоже развиваются. Медленно, но это происходит. Хорошо, когда тебе по пути с Системой, или в целом по пути. Или хотя бы возможен компромисс. Но быть частью Лида, поставившего во главу угла ещё не очень явный, но фашизм, мне совершенно не хотелось. Раньше я думал, что поднявшись наверх общества республики смогу что-то поменять, но теперь это выглядело для меня сомнительным. Спасибо Войску — служба помогла прочистить мозги. Я ведь, уезжая из Лида, не собирался становится Рубежником по духу. Собирался найти себе уютный, безопасный уголок и просто пересидеть три года при лазарете, формально выполнив требования Кристиана. Собирался, да. Вот только вышло всё с точностью до наоборот. Это служба отформатировала мне мозги.
Нет, я не забыл, что хотел ранее, и не посчитал былые цели ненужными. Я про само отношение к жизни. Виталист Арн на любую проблему смотрел как на научный вопрос. Исследования, эксперименты, анализ — и решение. Блистательный офицер Арн (врать-то себе не нужно — не просто так я плащик пошил из трофейного меха, понтов захотелось) на проблемы смотрел куда проще: обойти, уничтожить, обратить в преимущество. Подруга решила устроить едва ли не суицид. Вот тебе маленького в подол, займись делом. Корчмарь дерзит? За кишки его. По белке можно и из ручной гаубицы шмальнуть — две задачи решить за раз. Красивая девка, которую коллективное руководство деревни назначило женой? Так в чужой монастырь со своим уставом не ходят.
На самом деле то, что я сорвался на Наташе — это было закономерно. Слишком уж сильно образ офицера на меня не подходил, постоянно давил на сознание. Перманентный стресс в течении года — ну и естественная для молодого организма реакция. Первый раз — на стене с Кариной — ещё можно списать на случайность. Второй раз — закономерность. И это ещё цветочки. В Рении я определился, чего же я хочу от жизни, а теперь, похоже, настало время решить, каким я хочу быть. По уму надо бы наоборот, но где ум — и где экзистенциальный кризис. Так, кажется, это называется? Твою ж мать, вот не ожидал, что однажды вляпаюсь в такое… такое. А мне ведь, если годы на Земле в зачёт пускать один к одному, уже за сороковник… или как раз наоборот — пора?
Все сложные проблемы я привык решать с бумагой и карандашом, и в этот раз не стал изменять своим привычкам. Разложил листы, нарисовал схемы, подбил пункты — и сразу легче на душе стало. Почти три часа угробил, чтобы всё разложить по полочкам. Зато, когда есть формализованное описание задачи — решение найти значительно проще. Пусть это займёт несколько дней — да даже недель.