Печь мне искать не пришлось, но только потому, что я успел разглядеть вчера здешние дымоходы. Местные действительно в прямом смысле закапывали свой источник тепла в землю, прямо под пол сруба, так что для доступа к топке пришлось спуститься на несколько выложенных из более-менее отёсанных диких камней ступеней ниже уровня первого этажа… а потом разбираться, какая из грубовато выкованных металлических дверок за что отвечает. Четыре штуки — это не слишком дофига для такой конструкции? Вроде не паровоз, к чему столько сложностей? Хорошо хоть ещё не совсем прогоревшие остатки вечерней закладки дров в одной из камер подсказали, куда совать новое топливо, а то мог бы и оплошать. На заставе что с плитами для поваров, что с отопительными печами в казармах всё как-то попроще было… Так, этот пункт вроде всё. Еда?
Поднявшись опять на уровень пола первого этажа, я попутно смахнул сажу с рук вместе с частичками сшелушенного магией верхнего слоя кожи — разумеется, аккуратно пошитую варежку-прихватку я заметил только после того, как перепачкался обо всё что только можно. Внимательно огляделся по сторонам… Ещё раз внимательно огляделся. Отмахнулся от желания потрясти головой — вряд ли от этого горшки, кастрюли, или хотя бы тарелки с ложками материализуются. Хотя — ну вот куда их можно упихать в комнате едва ли двадцать квадратов размером? В монументально выглядящий сундук? В две большие корзины в углу с плетёными из прута крышками? Под ставшим этой ночью супружеским ложе?
«Тупо сожри остатки сухого пайка из вещмешка и не парься», — подсказал мне встроенный в подсознание каждого мужчины «помощник». Но я, конечно, его не послушал. Мешок, впрочем, так и брошенный вчера у входной двери в компании с волчьим плащом и копьём я проверил — так, в порядке рекогносцировки. Учёт доступных активов лучше вести с хорошо знакомой части.
Стена, в которой была сделана входная дверь, Наташей была отведена под вешалку для самой верхней одежды и оружейную стойку. Логично, одобряю — в казармах Войска точно так же было. Осмотр этой части комнаты получился интересным: я выяснил, что моя благоверная владеет луком, не таким монструозным как у зарубежников-мужчин, но тоже довольно мощным. Кроме лука на заботливо вбитых аккуратных деревянных крючках висел серп, который я сначала отнёс к инструменту, а не к оружию, и только потом разглядел крепление на рукояти. Н-да, насадив на плечо лука остро отточенную металлическую загогулину можно было получить штуку в каком-то смысле пострашнее копья. С другой стороны, может быть это была просто этакая разборная коса? Вроде разумно не таскать же с собой по далеко не безопасному лесу каждый раз дополнительную не особо нужную палку, если ещё одна такая же болтается у тебя за плечом?