— На за что, — я сдержанно улыбнулся коллеге. Неделя — это хорошо: как раз укладывается в сроки получения моей депеши тыловиками. Ромар меня неплохо знает, да и сам калач тёртый, среагировать на такие «замечательные» новости он должен был сразу и резко. Собственно, и среагировал.
— Зимней доставки зелий не было из-за тварей и того, что они учинили, — капитану, как мне кажется, банально хотелось поговорить с новым человеком. За месяцы, проведённые на заставе, знакомые рожи так надоедают — хоть волком вой. Так что пусть его, заодно новости узнаю… хоть какие-нибудь. — У меня половина новиков до сих пор слепые по ночам ходят, без глазной настройки. А тут ещё и мобилизация запаса спецсредств! Меня мои интенданты едва прямо на месте не заклевали!
— Эти пройдохи могут, — хмыкнул я. После симовских интендантов слово «пройдохи» было самым цензурным, что я мог сказать про представителей этой армейской профессии. — Но пусть успокоятся: всё точно не заберут. Фон дикой магии у вас достаточный, чтобы не допустить сверхсрочную порчу, а на действующем укреппункте командование должно оставить хоть что-то из спецсредств. Опять же, я надеюсь, моё предупреждение офицеры других опорников восприняли как надо и тоже выслали свои логистические группы с грузом.
Если не идиоты — выслать должны: пока хоть что-то ещё не «скисло», сдать под расписку любому согласившемуся принять интенданту — а дальше хоть трава не расти. Главное ведь, чтобы было что показать логистам Войска: обязательства деревни пусть только частично, но закрыты же! Одна проблема: своих светлых магов у отвальных нет, смогут донести груз в относительной целости, правильно заложив дугу через север, или нет — хрен знает. Но хоть что-то по-любому донесут. Кстати, скорее всего сюда и донесут — на Синистру. Как-никак крайняя западная застава, самая близкая к тем поселениям отвальных, что к западу от Горловины. И, как я уже сказал комзаставы, из-за близости Главного меридиана фон тут всё ещё высокий. Но уже недостаточно высокий, чтобы причинить Тане вред…
— Ох, надеюсь, — командующему укреппунктом вовсе не хотелось остаться на бобах. И вовсе не из-за нытья интендантов, разумеется: без спецпрепаратов хвалёная боевая мощь Рубежников упадёт на треть, если не вдвое. Просто потому, что возвращение в строй даже относительно легкораненых займёт не пару часов, а в лучшем случае пару недель. Про безвозвратные потери даже думать не хочется. — А ваши дальнейшие планы, если не секрет…
— До утра отдохнём, а там — в штаб, получать заслуженное взыскание за самовольное оставление поста, — вздохнул я.