— Это все на сверку документов? — спросила я, кивком указав на длинную вереницу людей у беломраморного корпуса.
— Предварительная сверка, — пояснил Алерик, чуть притормаживая у подножия лестницы. — Основная комиссия позже. Сегодня вам нужно только подтвердить бумаги и получить дату испытания.
— Напомните ещё раз, почему я согласилась прийти сюда добровольно?
— Потому что вы разумная леди. И потому что талант слишком опасно прятать в глуши.
Алерик лишь едва заметно дёрнул уголком губ.
У целительского корпуса толпа редела. Здесь говорили тише: кто-то повторял названия костей, кто-то держал под мышкой свёрнутые схемы, у одной девушки из кармана торчал пучок зверобоя. Из открытого окна пахнуло спиртом, сухими листьями и нагретым металлом. Я вдохнула — и плечи опустились сами: запах работы пугал меньше, чем чужие знаки на воротниках и плащах.
Мы остановились в тени арки целительского факультета. Над входом каменные руки держали чашу; из неё поднимались резные листья и тонкие языки пламени. Из распахнутых дверей тянуло прохладой, мелом, травами и металлической чистотой — почти больничной. Я отметила ширину коридора, источник воды, открытые окна и проход к лестнице.
— Ну? — Алерик проследил за моим взглядом к дверям и едва заметно смягчился. — Всё ещё хотите сбежать обратно в Вальгард?
— Боюсь, уже нет.
Алерик сдержанно кивнул.
Часть 7. Конец дороги
К полудню мы вышли из административного корпуса: бумаги приняли, предварительную дату испытания назначили, а мне выдали тонкий лист с печатью Академии. Очереди, подписи и вежливые вопросы вымотали сильнее, чем я ожидала. Я остановилась во внутреннем дворе, позволила плечам опуститься и впервые за утро подумала, что самое трудное на сегодня, возможно, уже позади. Лист ещё хрустел в пальцах, когда между колоннами мелькнул тёмный силуэт.
Тело узнало его раньше, чем разум успел дать имя.
Дроу.
Шум двора мгновенно отдалился и поблек. Остался только тёмный эльф, идущий через сквер так, будто никогда не лежал без сознания на кушетке в доме Марвы с горячкой и кровью на одежде. Рядом с ним шагал светловолосый спутник, что-то эмоционально доказывавший на ходу, но тёмный эльф лишь молча продолжал путь, полностью игнорируя его. Эта сдержанность была настолько узнаваемой, что внутри всё сжалось от противоречивых чувств.
Он был жив, невредим и действительно добрался до столицы.
Словно почувствовав на себе пристальный взгляд, Дроу повернул голову. Наши глаза встретились на какую-то долю секунды. На миг перед глазами снова вспыхнула та тревожная ночь в Вальгарде, но воспоминание тут же растаяло.