— Поеду. Но он только в феврале будет. До этого никаких зарубежных соревнований не планируется.

Костяна наконец демобилизовали, и теперь он мотается: то домой в Серов, то в Москву — в ЦСКА тренироваться.

— Так-с, где моя кассета… А, вот. Бери, Оксан! — протянул я фильм любительнице фантастики.

— Это что, второй? — оживился Костя. — Давай посмотрим! У меня поезд только ночью.

— Хорошо. Толя, тогда завтра на работу принесёшь? — Оксана явно не хотела вступать в борьбу за кассету с корейцем, уже вцепившимся в неё мёртвой хваткой.

В итоге отличный фильм мы посмотрели втроём. Болтали, комментировали, местами ржали — всё как положено. Потом ночью я вызвал гостям такси, и они уехали на вокзал.

Я только одного не понял: Алиса что, с ним в Серов поехала? Или потом домой вернётся?

Да впрочем, пофиг. Лишь бы не назад ко мне. Спать хочется.

Утром нас с Гришей дёрнули к Фалину.

Сразу зайти не получилось. Только минут через пять из его кабинета пулей вылетела какая-то красивая тётенька и, мельком поздоровавшись с Гришей и бросив на ходу «пока» Лиде, освободила нам место на ковре.

Почему на ковре? Да потому что босс начал с разноса. Не меня — Григория. Тут сроки горят, там качество работы его не устраивает…

Мог бы, конечно, и без меня его отчитать, но, возможно, это такой воспитательный приём — показать подчинённым, что бывает, когда начальство не в духе.

Лично меня, правда, не проняло.

— Значит так, Толя, — переключился он на мою персону. — Испытательный срок у тебя закончился. Он у нас, конечно, формальный, но тем не менее… Знаешь, я только оттуда вернулся, — Фалин выразительно показал взглядом на потолок. — И все были весьма впечатлены тем, что с ГДР мы ситуацию просчитали. Сам-то, правда, ещё с Мальтийского саммита не вернулся, но уже сообщили, что он тоже остался доволен.

Тут Фалин заметно оживился и с довольной усмешкой продолжил:

— Представляешь, Бушу прямо с утра заявил, что днём в ГДР Политбюро в отставку уйдёт! Тот, мол: нет у нас такой информации. А он ему — гордо: а у нас есть! Ха-ха… В общем, спасибо тебе, Анатолий!

«Ну и где оно, спасибо? Не булькает», — без особого энтузиазма подумал я, а потом вдруг всполошился: «Кстати, а что там Оксана Петровна ещё написала? Записка-то, по сути, не моя — я её даже не читал».

От этой мысли я даже немного заёрзал на стуле.

— Понимаю, что не Европа… — продолжил тем временем Фалин, — но по Чили, Гриша, вы ситуацию смотрели? Там выборы четырнадцатого…

— Смотрели. Пиночет, считаю, останется. Армия у него, силовой аппарат тоже. Без них там никакие выборы ничего не решат, — быстро ответил Григорий Валерьевич.